Запретная. Моя - Элла Савицкая Страница 64

— Не просто блокнот, – объясняю придвигаюсь ближе. Отщелкиваю его и открываю, – это ежедневник. Когда ты поймешь, чем хочешь заниматься в жизни, он тебе понадобился. Для заказов, или планирования встреч, записей телефонов будущих партнеров, в общем для чего угодно. Ручка здесь именная. Я заказывала для тебя гравировку.

Поворачиваю боком к нему дорогую ручку, привезённую мамой из—за границы.

«Ты все сможешь» – написано на ней.

А потом перелистываю последнюю страницу блокнота.

Руслан пробегает глазами по надписи, которую я написала уже от руки.

«А я буду рядом».

— Всегда, – договариваю вслух.

Он поднимает на меня серьёзный взгляд.

На миг мне кажется, что ему не понравилось, потому что Руслан ничего не говорит. Снова опускает глаза на подпись, откладывает блокнот и подтягивает меня к себе за талию.

— Не то? – нахмурившись, пытаюсь поймать хоть какую—то его эмоцию.

— Надо было подарить что—то более насущное? Я думала о цифровом фотоаппарате или приставке, но решила, что тебе это не интересно. Поэтому, наверное, не угадала, и…

— Даш…

— М?

— Спасибо, – усаживает меня на себя Руслан. – ты ставишь для меня слишком высокие планки.

Оплетаю его шею и с облегчением выдыхаю.

— Нет таких планок, которые ты не смог бы перепрыгнуть.

Руслан ловит мои губы и целует.

Секс во второй раз уже чуть менее болезненен, но не менее приятен. Даже наоборот.

Спать мы не ложимся. К утру спускаемся завтракать.

Я жарю яичницу с сосисками, режу бутерброды. И вроде бы банальная вещь – принимать вместе пищу, а нет. Улыбка не сходит с моего лица.

После завтрака мы уходим гулять. Снег больше не идет, но на улице сказка.

Людей почти нет, все спят после бессонной ночи, а мы находим горку и съезжаем с нее, как дети.

У Руслана получается спускаться на ногах, а я боюсь и съезжаю только на попе.

— Иди сюда, – когда после очередной попытки съехать стоя, я снова падаю, Руслан, обнимает меня со спины за талию, – согни ноги в коленях и стой уверенно.

Со страхом впиваюсь в его руки. Сердце колотится. Я обожаю горки, но стоя кататься так и не научилась.

Руслан отталкивается ногой, мы едем вниз, я визжу и смеюсь. Тело качается, ноги скользят.

Мы почти доезжаем, как меня снова уносит в сторону, и мы с Русланом падаем. Он на спину, я на него.

Со смехом, он прижимает меня к себе.

А мне все равно, что снова не получилось.

Я счастлива.

Проживаю свое личное хрупкое и драгоценное счастье.

Перевернувшись, на четвереньках отползаю в сторону.

Мы валяемся в снегу и играем в снежки. К вечеру начинает выползать из домов народ. Горка заполняется желающими покататься.

Атмосфера сказочная. Праздник вроде как уже прошел, но отпускать его совершенно не хочется и каждый продлевает его как может.

Когда темнеет, мы заходим к Руслану домой. Я дарю тете Марине коробку конфет, а дяде Феде большую чашку для чая.

Я не знала, что ему подарить, поэтому выбрала что—то простое.

Мама Руслана угощает нас чаем и салатами, что остались после новогодней ночи.

А потом Руслан провожает меня домой.

Около двери я зеваю, и Руслан кивает мне на дверь.

— Иди спи, а то из—за меня не выспалась.

— Я готова еще так не высыпаться, – мурлычу, не желая его отпускать.

Почему нельзя быть вместе круглосуточно? Кому заплатить? Дайте мне эту возможность пожалуйста.