Потерять горизонт - Юлия Резник Страница 65

У подъезда Столярова стоит несколько машин. Я узнаю одну — Нины Юрьевны. Значит, зачинщица переполоха еще здесь. Вот и славно! Поднимаюсь по лестнице и слышу голоса еще до того, как подхожу к двери. Женщины смеются, оживленно переговариваются, обсуждая, как преобразится пространство, когда они доведут до ума начатое. В нос забивается аромат пыли, старой штукатурки и отсыревшей бумаги.

— О, Даночка! — первой замечает меня Нина Юрьевна. — А мы уж думали, ты не приедешь.

Мне становится неловко. Я не хочу, чтобы эти женщины думали, будто я возомнила себя лучше их только потому, что их мужья находятся в подчинении у моего.

— Простите, работа задержала, — бормочу я, ставя у стены два небольших ведерка с краской.

— Да ладно, — отмахивается она. — Мы и сами справились с запланированным на сегодня. Смотри… По всей квартире ободрали обои. Ну, разве мы не молодцы?

Я растерянно оглядываюсь. Стены, и правда, уже почти голые. Старые обои содраны, мешки с мусором стоят у двери. В этом есть что-то болезненно символичное — будто с человека содрали кожу.

— Ну что, девочки, будем расходиться, — говорит Маша. — Хватит на сегодня.

— А мне что? — теряюсь, — Совсем никаких дел не осталось?

— Если есть желание, можешь очистить рамы… Я как раз нанесла размягчитель.

Собираясь, женская бригада попутно договаривается о планах на завтра. Я растерянно смотрю то на них, то на злосчастное окно. Нет, мне несложно его почистить. Скорее мне неловко оставаться одной в квартире малознакомого холостого мужчины.

А потом вдруг такая злость берет! Ведь какого черта?! У меня и мыслей нет о каком-нибудь непотребстве, а Файб… Будь он проклят! Файб…

Хватаю шпатель и начинаю с остервенением тереть деревянную раму.

— Ну, пока, Дан! Ты не обиделась, что мы тебя бросили?

Трясу из стороны в сторону головой. Если тут кому и извиняться, так это мне — за то, что опоздала. Женщины уходят. В квартире становится неожиданно тихо. Только шпатель скребет, задавая темп моему сорванному дыханию.

У меня успевают здорово затечь руки, когда я слышу, как дверь открывается. Неужели что-то забыли? Оттираю руки какой-то тряпкой и выхожу навстречу… Столярову. У меня округляется рот, а вот его, кажется, совсем не удивляет мое присутствие.

— Меня Нина Юрьевна предупредила, что ты здесь, — поясняет, замечая мою растерянность. — Вот это да. Ничего себе… Какая жесть.

Он так непосредственно себя ведет, разглядывая случившиеся преобразования, что я моментально расслабляюсь. С губ слетает смешок.

— Что?

— Ты как будто не очень рад.

— Я просто не представляю, что делать с этой разрухой. Было не очень, а сейчас вообще шляпа, — Леша оседает на застеленный тряпкой диван, вертя головой по сторонам.

— Да ладно тебе. Завтра уже все подштукатурят, а где можно — поклеят обои. Скоро ты не узнаешь свою квартиру и скажешь нам спасибо.

— Спасибо, да… Это очень неожиданно.

— Что именно?

— Такая… кхм… взаимовыручка.

— Как говорит Нина, мы здесь все — одна большая семья.

— Да. Но все равно. Как-то не припомню я, знаешь ли, других генеральш, которые бы всяким салагам в быту помогали.

— Ну, я нетипичная генеральша, — отвожу глаза, выискивая в этом хаосе свой телефон. — Да и ты, Леш, не прибедняйся.

— Да, я как бы и не пытался. Хочешь кофе? Я торт купил, — говорит Столяров и кивает в сторону кухни. — Тут, правда, тоже бардак. И грибок еще…