Вакцина любви - Дейдра Дункан Страница 65

— Я не эксперт, – говорю я. – Просто у меня к этому… талант. Вот и все.

Она вздыхает:

— Если ты не хочешь, то так и скажи.

Из меня вырывается нервный смешок.

— Я хочу. Ты гений. Мне повезет, если ты согласишься помочь с учебой. Так что… да, давай исправим наши недостатки. Просто… я не уверен, смогу ли я помочь тебе так же, как ты мне.

Грейс отворачивается, пряча горделивую улыбку. Но я не понимаю почему. Она по праву может гордиться своим усердием и интеллектом.

— Поверь мне. – Она берет мою руку в свою. – Ты очень поможешь мне с этим. – И, не отпуская меня, добавляет: – А еще ты не будешь щадить мои чувства, как это сделал бы Ашер. Это пойдет на пользу нам обоим.

Никто из нас не убирает свою ладонь, и наши соединенные руки опускаются на бетон между нами.

Почему она не отдергивает руку? И почему я не делаю этого?

Мы полуголые и держимся друг за друга. Мой мозг снова отказывается работать.

Безответная тяга к Грейс губительна для моей самооценки. А теперь я еще и буду проводить больше времени рядом с ней, постоянно напоминая себе, что, несмотря на мои хирургические навыки, она умнее и компетентнее меня и настолько чертовски красива, что я теряю голову.

Когда во мне проснулась эта тяга к саморазрушению? Грейс как лесной пожар, но я, словно мотылек, лечу прямо в пламя, зная, что оно поглотит меня целиком.

Мы оба смотрим на наши соединенные руки, и, как самый настоящий мазохист, я медленно переплетаю наши пальцы, один за другим, а она не останавливает меня.

Почему?

Ее хрупкая ладонь идеально помещается в моей, словно создана для этого.

Грейс кашляет, разрывая чары, а затем бормочет что-то о том, что ей жарко, и снова ныряет в воду, ускользая из моих рук.

Я пропал.

* * *

Единственная разница между 30 июня, когда я еще был интерном, и 1 июля, когда я стал ординатором второго года, заключается в моей медицинской лицензии и в том, что теперь я дежурю без присмотра старшего коллеги. Я остался один на один с ответственностью, и моя первая самостоятельная двадцатичетырехчасовая смена в середине июля превратилась в бессонный марафон, постоянно напоминая мне о моей неготовности.

– У ребенка сатурация в районе шестидесяти[72], доктор Сантини…

– У пациентки кровотечение, доктор Сантини…

– «Метергин»[73]или «Гемабат»[74], доктор Сантини?

– Вы забыли внести назначения, доктор Сантини…

Максвелл – единственный, кто помогает мне продержаться на плаву в первой половине смены, но потом он напоминает, что находится в отпуске, и просит оставить его в покое.

Поэтому я переключаюсь на «Борись или смирись».

Я: Какова рекомендуемая доза «Метергина»?

Сапфир: 0,2 мг внутримышечно.

Я: Именно так я им и сказал! А они посмотрели на меня как на идиота.

Я: Морфин[75]же безопасен во втором триместре, да?

Сапфир: Да.

Я: У пациентки сильная рвота после употребления одиннадцати бигмаков. «Зофран»[76] показан?

Кай: Что, черт возьми, происходит?

Сапфир: Да, «Зофран» подойдет.

Я: Сифилис, беременна и аллергия на пенициллин[77].

Алеша: Не повезло ей.

Сапфир: Рекомендую консультацию инфекциониста.

Я: Мне нужна помощь!

Кай: Тебе нужен экзорцист.

Сапфир: Заходи ко мне, когда вернешься домой. У меня есть несколько полезных приложений, которые могут тебе помочь.

— Мне нужна помощь прямо сейчас! – кричу я в трубку, пугая медсестру рядом со мной.