Где болит, там любит - Екатерина Ромеро Страница 65

— Хорошо, ба, разберемся.

Отпускаю Фросю, а сам на белочку свою смотрю. Она лежит на диване просто никакая.

— Я сейчас все доубираю, не то Эльза будет недовольна.

Говорит тихим голосом, а я у меня внутри все горит. Оплати ты этот ее чертов кредит. Отпусти, но нет. Я не могу, хочу чтобы Дина была рядом.

— Иди ко мне.

Наклоняюсь и осторожно подхватываю Дину на руки, прижимаю к себе. Легкая, такая слабая, она даже не опирается.

— Куда ты несешь меня?

— К себе.

Благо, все уже спят, нас никто не видит. Заношу Дину в свою спальню, укладываю в кровать.

— Сейчас, подожди немного.

Плетусь на кухню, делаю чай, бутерброды, беру ее прекрасный торт муравейник, который честно, я бы ел каждый день. Сгружаю все это на поднос и несу к ней.

— Вот. Возьми.

Она смотрит. Удивленно даже как-то, словно я не могу ничего хорошего ей сделать.

— Зачем?

— У тебя давление упало. Ну и так. Ты не ела с нами. Давай покормлю тебя.

Похоже, ей и правда плохо, потому что Дина не упирается. Я забираюсь на кровать, усаживаю ее к себе на колени и кормлю этими бутербродами. А после и муравейником, который мы делим пополам.

— Вкусно?

— Очень.

Она облизывает такие сладкие губы, а у меня как назло возбуждением пробивает. Так сильно, аж до боли.

* * *

Это такой странный вечер и не менее странный Гордей. Да, мне стало плохо, силы окончательно покинули меня, но я не ожидала от него такой заботы. И нежности. Гордей кормил меня с рук как маленькую, поил чаем. И я брала, тайно нежась в его объятиях.

Впервые с ним мне было спокойно и тепло. Мне не было страшно, мне было хорошо. Просто быть рядом, чувствовать его тепло и ласковые прикосновения.

Да, пусть Гордей не мой, пусть он скоро жениться, но ведь не сегодня. Так я позволяю себе один раз побыть эгоисткой. Чуть-чуть.

— Спасибо.

— Не за что. Тем более, это ты все готовила.

— Вкусный торт?

— Очень. Он сладкий. И ты тоже.

Я сижу на коленях у Гордея. Он так ласково проводит рукой по моим волосам, а после наклоняется и нежно целует меня в губы.

Внутри все напрягается, но на этот раз я не протестую. Напротив, сильнее распахиваю губы, и позволяю ему целовать себя. Более того, мне нравится и вскоре я сама уже ему отвечаю. Несмело, робко, но зато честно.

После еды мне становится заметно лучше, а еще я расслабляюсь впервые за столько времени.

— Ты вкусная. Такая вкусная.

Гордей целует меня снова и снова, шепчет ласковые слова на ухо. Дольно быстро его рука забирается мне под кофту, накрывает нежное полушарие груди.

Он сжимает мой сосок пальцами, перекатывает его, отчего я чувствую приятное томление внизу живота, вот только когда его рука опускается мне в трусики, паникую:

— Нет, нет, нет!

— Чш… я не трону. Клянусь, ничего не будет без твоего согласия, я просто сделаю приятно. Не бойся меня, Дина. Не бойся.

Я не знаю почему, но просто доверяюсь Гордею. Сегодня, в эту ночь. В доме так тихо, поздно уже, но мы не спим. Гордей так близко, он медленно стягивает с меня штаны, а после и трусики.

Живот тут же становится каменным, я вся напряжена точно струна, но не хочу больше трястись перед ним. Я просто хочу понять, может ли быть с ним по-другому. Не так, как тогда, а иначе.

Он полностью одет, тогда как с меня уже успел стянуть даже лифчик. Теперь я обнажена, голая перед ним душою и телом.