Пышка. Второй шанс для бывшего - Арелла Сонма Страница 67

Саша ждал от меня ответа, когда мы вошли в свой дом и закрыли дверь.

— Почему молчишь? Что мы теперь скажем отцу Виолетты? Он на нас рассчитывал.

— Знаешь, я больше не собираюсь никого подталкивать на зачатие, — ответила я резко. — Я уже готова уволиться, если нужно. От меня требуют то, что к моей должности не относится.

— Лен… Только не делай резких движений. Зачем увольняться? Меня тут все устраивает и я не хочу никуда уходить.

Я вздохнула, отгоняя мысли о Игоре и Виолетте, которые пожирали меня изнутри.

— А знаешь, что? Я не чувствую вины. Я сделала все, что могла.

— Вот и хорошо, — одобрил Саша. — Давай не будем думать о них. Подумаем о нас… Мой орган требует проверки.

Саша подошел ко мне и обнял. Его руки не смогли захватить всю талию и я могла в любой момент вырваться, но не стала.

— Какой еще орган? — спросила я, все еще думая об Игоре.

— Мой главный орган, — ответил он, еще сильнее сжимая меня в объятиях. — Тот самый, что ты сейчас чувствуешь. Он сегодня как-то особенно тревожный. Мне кажется, ему нужна твоя помощь, чтобы успокоиться.

Саша прижимался ко мне и я поняла о чем он недвусмысленно намекает. В мой живот уперлось его мужское достоинство. Да так, что я очнулась от мыслей о своем бывшем и обратила внимание на Сашу.

Он нашел мои губы и жадно прикоснулся к моим губам. Это был не нежный поцелуй, а скорее призыв, просьба, требование. Его руки скользнули ниже, обнимая мои бедра, притягивая меня еще ближе. Я ответила на его поцелуй, чувствуя, как мое тело откликается на его прикосновения, как угасает где-то на задворках сознания вся тревога и обида. Остался только он, его губы, его руки, его горячее дыхание, сливающееся с моим.

Его поцелуи становились более требовательными. Я чувствовала, как его тело напряглось. Он оторвался от моих губ, тяжело дыша, и посмотрел мне в глаза. В его взгляде читалось такое сильное влечение, что мне стало немного страшно, но одновременно с этим — и очень волнительно.

— Лена… — выдохнул он, его голос дрожал. — Я так больше не могу.

В последний момент я подумала о последствиях и о том, что не хочу больше отношений. Ни с кем, не сейчас.

— Перестань, — я легко вырвалась из объятий, избегая поцелуев.

— Лен… Почему нет? Ты свободна, я тоже. Мы муж и жена наконец! — с обидой сказал он.

— Только на бумаге. У нас с тобой договор и я не хочу никаких отношений. Хватит с меня.

С этими словами я ушла в ванную. Закрыла дверь, включила воду, чтобы наполнить ванну. Теплые струйки громко шелестели, наполняя ванну, словно предвкушая мое погружение в ее успокаивающую пучину.

Я прислонилась к прохладной плитке стены, наблюдая, как уровень воды медленно поднимается, поглощая пространство. Этот звук, монотонный и настойчивый, стал моим единственным спутником в этот момент. Я почувствовала одиночество. Губительное, пустое, холодное.

То как смотрел, целовал Игорь свою жену — все это лишь напомнило о давней обиде. Мне захотелось кричать, но горло сдавило, и я лишь глубже погрузилась в тишину, нарушаемую лишь неумолимым шепотом воды.

Приняв ванну я направилась в спальню. Тяжелые мысли не желали исчезать, они словно прилипли ко мне, как назойливые тени. Как будто я в них нуждалась, как будто мне доставляло какое-то извращенное удовольствие перебирать их снова и снова, подпитывая свою меланхолию. Я села на край кровати, чувствуя, как холод простыней проникает сквозь тонкую ткань ночной рубашки. Уснула я сразу же, как только опустила голову на подушку.