Разведен. Влюблен. Опасен - Ульяна Романова Страница 67

Мы с Мотей переглянулись и заржали.

— Парни, у меня план созрел, – патетично заявил Мот. – Короче, мы все уже женатые, у нас с тобой, Лева, мелкие, Кирюха догонит…

— И перегонит, – пообещал я.

— Орел! – гордо положил мне ладонь на плечо Мот. – Так вот, я предлагаю купить три дома в бабулиной деревне рядом. Чтоб и дальше, как «три гада». В общем, я все придумал: покупаем три хижины, или большой участок земли там, строим дома рядом и ездим на лето на природу. Детям кайф, нам тоже. Лева, короче, козу заведет, у него с ними особые отношения, любят они его, ты, Кирюха, кур…

— А ты? – заинтересовался Лев.

— А я двух енотов и бобра.

— Жги, Мотя! – в два голоса решили мы со Львом, но серьезно задумались.

— Надо в деревню смотаться, все узнать, – решил я, – женам пока ничего говорить не будем, сюрприз сделаем.

— По-любому, – закивал Мот, – у нас и строительная бригада есть. Самая образцовая, а главное – всегда трезвая. Построят дома не хуже тех бобров.

Мы втроем засмеялись, вспоминая, как конкретно мы эту бригаду и кодировали когда-то.

— И давай ты бери Саню, ты – Катюху, и к нам в гости, – решил Лев, – я там такую детскую сделал для сына.

— Надо тоже еще одного пацана делать, – решил Мот.

— Так и скажи, что пацанячьи игрухи хочешь себе покупать, а Федя скоро вырастет, подросток уже, – подколол его Лева.

— И че? И че ты мне сделаешь? – кривлялся Мот.

— Да тут медицина бессильна, а я тем более, – вздохнул Лев.

Мы сосредоточились на еде, когда в кабинет вошло начальство в лице Добермана.

Он кашлянул на пороге и так сострадательно на меня посмотрел, что пришла крамольная мысль давить на жалость и выпросить отпуск.

— Как наши дела? Стажер жив? – грозно уточнил Добермасик.

— Пациент скорее жив, чем мертв, но это пока, – заверил я. – Ты где его взял?

— А что не так? – не понял Игнат.

— А то, что он мне полночи пел про «прорвемся, опера», – закатил я глаза.

— Молодой, еще, романтик, – хмыкнул Доберман.

— Теперь это так называется? Игнат, куда тебе еще одного придурка в отдел, тебе нас мало? – дурашливо уточнил Мот.

— За глаза, учитывая, что один из вас теперь отец моего внука, – Игнат посмотрел на Леву.

— Внучатого племянника, – поправил Лев. – Родню не выбирают, бери что дают.

— Угу. А ты что? – обратился ко мне Доберман, – теща у тебя… Никогда таких женщин не встречал.

Игнат дернул плечами, явно с ностальгией вспоминая два часа, проведенные наедине с моей родственницей.

— Аллочка Гитлеровна, – с гордостью ударил я себя кулаком в грудь, – прелесть что за женщина. Золото. Еще бы ломбарды были, куда такую прелестницу можно сдать, я бы подарил не глядя.

— Ну, зато жена любимая! – подбодрило меня начальство. – Всё? Все переженились, дальше без фокусов?

— Обижаешь, начальник, – протянул Лев. – Мы – и без фокусов? Плохо ты нас знаешь.

— Да тьфу на вас, – по-отечески сплюнул Игнат, – ироды.

— Скушай пирожок, отпустит, – Довольный Мотя протяну ему пирожок.

Доберман скривился, но взял.

— Отчеты мне на стол, и пока свободны, – решил он, – и чтобы все на телефонах были.

— Так точно, – согласились мы.

Убрали еду со стола и дружно сели за отчеты.

Когда я почти закончил, зазвонил мобильный.

— Как дела? – довольно промурлыкал я в трубку.

— Отлично, – бойко ответила мне Саша, – ты скоро освободишься?