Запретная цель - Лана Гриц Страница 68

Какая же она…

Я прижимаю ее ближе, ладонь скользит по спине, чувствую, как она вздрагивает от прикосновения.

Мы врезаемся в стену. Кажется, это я прижал ее слишком резко, но она только сильнее обнимает меня за шею и отвечает так, будто тоже давно этого хотела.

ГЛАВА 42

ГЛАВА 42.

Маша

Губы у Сергея жадные, требовательные, не оставляющие пространства для сомнений. Он целует меня так страстно, будто хочет выпить меня до дна.

Я всегда думала, что поцелуи с ним будут нежными и аккуратными. Он же такой сдержанный, такой контролирующий все вокруг.

Как же я ошибалась.

Его руки везде одновременно: на моей талии, на спине, в волосах. Он прижимает меня к стене так сильно, что между нами не остается воздуха, только жар и тяжелое дыхание.

Я втягиваю его нижнюю губу, провожу по ней языком, и он сдавленно стонет, показывая, каким титаническим трудом ему удавалось сдержать себя в руках.

Его ладони ложатся на мои бедра, и он поднимает меня. Ноги сами обхватывают его торс, а он уже несет меня куда-то, не прерывая поцелуя.

Не знаю, куда мы заходим, а потом чувствую, как край кровати врезается мне в спину, а потом ощущаю мягкость постели. Сергей нависает сверху, опираясь на локти, и смотрит так, что внутри все переворачивается.

— Сереж…

— Тш-ш, — он проводит пальцами по моей щеке, спускается ниже, к шее, ключицам. Останавливается на пуговице блузки. — Можно?

Да что за вопрос? После всего, что было? После всех этих недель, когда мы смотрели друг на друга и не могли коснуться?

Вместо ответа я сама расстегиваю первую пуговицу, вторую, третью. Его дыхание становится чаще.

А потом он наклоняется и целует меня туда, где бьется пульс на шее. Я запрокидываю голову, и мир сужается до его губ, его рук, его запаха.

Блузка летит куда-то в сторону, лифчик следом.

Сергей отстраняется, чтобы стянуть через голову свою футболку, и я замираю. Видела его без нее и раньше, но сейчас другое дело. Какое же соблазнительное у него тело, хочется проводить пальцами по каждой мышце, по каждой выемке рельефного торса.

— Иди сюда, — тяну его за ремень джинсов.

Он послушно наклоняется, и его губы снова находят мои. Поцелуй становится еще глубже, медленнее. Каждое прикосновение к его горячей коже отзывается теплом внизу живота.

Его руки гладят мои бока, спускаются к поясу юбки. Пальцы дрожат, когда он расстегивает молнию. Я замечаю, что исчез контроль, которым он так дорожил. Осталось только то, что мы оба так долго прятали.

Он стягивает с меня юбку, следом трусики, и я чувствую себя обнаженной не потому, что на мне ничего нет, а потому, что он видит меня настоящую.

— Ты красивая, — выдыхает он, проводя ладонями от моих колен до бедер.

Его пальцы скользят между моих ног, и я выгибаюсь, вцепляясь ногтями ему в плечи. Он медленно изучает меня, словно ищет код, который заставит систему рухнуть.

И успешно его находит своими пальцами.

Я издаю звук, который не узнаю, где-то между стоном и всхлипом, и Сергей стонет в ответ.

— Какая же ты…

Он не заканчивает фразу, потому что я тяну его к себе, и он понимает. Завлекая меня поцелуем, он быстро находит в тумбочке презервативы, раскатывает тонкий латекс по крепкому стволу.

И мы стонем еще громче, когда наши тела соединяются.

Теперь уже не важно, кто ждал дольше. Не важно, как мы сюда попали. Важно только то, что сейчас он внутри меня, и мир взрывается тысячей осколков.