Развод. Все сжигаю дотла - Ария Тес Страница 69

Чуть привстаю и выглядываю из-за спинки, но Паша будто чувствует и резко глядит в мою сторону.

— А ну-ка! Занырнула обратно, дорогая.

Выгибаю брови. Чего, блин?!

Паша дверь не открывает. Рядом встает и ждет.

— Ты… нормальный?

— А ты хочешь, чтобы официант пострадал, если увидит тебя?

Это… он так шутит?

Судя по выражению лица, нет.

Ну… эм… ладно. Приятно, конечно, что мою честь охраняют, только поздновато.

Откидываюсь на подушки и смотрю в потолок.

— Хорошая девочка. Убийства в таком красивом месте — это явно не та реклама, которая сошла бы за достойную.

С губ срывается смешок. Во, дурак… но приятно. Ладно, приятно!

— Ваш ужин.

— Спасибо.

Гремит какая-то махина. Хмурюсь, это что? Тележка?

Дверь закрывается, и я снова выглядываю из-за подушек. Паша уже открыл пару серебряных крышек и запустил во что-то пальцы. Как обычно. Черт! Тоже кушать хочется… только сейчас накрывает голод, и я поднимаюсь, а потом подхожу ближе.

Чтобы охренеть, конечно же.

Нет, дело не в том, что он заказал все меню. Он не заказывал. Ха! На тележке стоит бутылка вина, две порции пасты с креветками, один салат и грузинский пирог. Короче, вполне себе обыкновенный ужин, но! Кое-что все-таки выбивается.

Я с детства обожала клубнику. Доходило до того, что я ее жрала втихую, так как у меня начинался диатез. Мама сильно ругалась… зато Паша всегда хранил в сезон пару ягодок для лучшей, безумной подружки, а часто вообще свою порцию отдавал мне.

И он не забыл…

На подносе лежит целая гора отличной, спелой, безумно красивой клубники! И я застываю…

— Ты не забыл? — шепчу, Паша усмехается.

— Никогда не видел людей, способных за какую-то еду продать свою душу. Ты единственная, и думаешь, при таких-то раскладах, забыть было реально?

По телу проходят мурашки. Делаю еще один шаг к тележке, цепляю ягодку и с улыбкой отправляю в рот, а потом резко поднимаю на Пашу глаза.

Они у него опять потемнели.

Боже…

Очередная волна тока и безумия проносится по венам. Надкусываю ягодку, не переставая на него смотреть. Сок стекает по подбородку. Цепляю его пальцем, аккуратно слизываю.

Белкин вздрагивает, будто бы я его ударила! И да! Это потрясающее ощущение. Я буквально чувствую его моментально взлетевшее вверх желание и наслаждаюсь этим ощущением.

Своей красоты.

Силы.

Своей… привлекательности.

Паша заходит мне за спину. Горячие пальцы касаются шеи, убирают волосы. Я прикрываю глаза и позволяю всему этому произойти. И дальше. Всему, что будет дальше — я знаю. Тоже позволю произойти…

Его губы касаются моей кожи. Медленно, плавно идут дальше. По плечам, обратно к шее. Паша прижимает меня за бедра к себе. Его плед валяется в наших ногах. Мой плед теперь тоже…

Издаю смешок.

— Не хочешь сначала поесть? Остынет.

— Разогрею, — хрипло отзывается он, берет меня бережно за шею и поворачивает голову на себя, — Тебя я хочу гораздо сильнее.

Я не успеваю ответить. В принципе, и не хочу. Раз я отринула мораль, то пусть не ограничимся мы одним разом. Пусть это будет столько, насколько хватит сил…

Паша снова целует меня сразу глубоко и чувственно, а я поворачиваюсь к нему, прижимаюсь всем телом и отзываюсь как самый верный инструмент своему создателю…

Пусть это будет длиться бесконечно… Я, а не кто-то другой, живет и дышит. Я! А не кто-то другой наслаждается этой жизнью… хотя бы на один вечер.