Порочная невинность - Пайпер Рейн Страница 69

Потом мой взгляд падает на рождественскую фотографию давностью в несколько лет. Мы с Мирой и Софией стоим перед гигантской елкой, какие воздвигает ежегодно наша мама в гостиной. Девочки смотрят на меня, а я что-то говорю.

И тут я замечаю. София стоит между мной и сестрой. Ее глаза сияют; они бывают такими, только когда мы наедине. На этой фотографии она себя выдает.

Подумать только, что я видел эту удивительную девушку каждый день и все это время был слишком туп, незрел и слеп, чтобы ее рассмотреть. Не будь я таким идиотом, все могло сложиться по-другому. Я отворачиваюсь… и вдруг что-то цепляет мой взгляд: из нижнего ящика письменного стола торчит кусочек ткани оранжевого и зеленого цвета. Как будто он застрял при попытке закрыть ящик.

Я понимаю, что не прав, и все-таки дергаю за ручку.

Мой желудок болезненно сжимается. Я хватаюсь за уголок и вытаскиваю школьный галстук цветов ирландского флага. Белая, оранжевая и зеленая клетка в моей руке создает ощущение, будто я держу в руках фотографию Софии в постели с другим мужчиной. Откуда у нее этот галстук? Маленький сувенир, оставленный возлюбленным? Нет, ее лишил девственности я, это точно. А вдруг она до моего появления занималась другими вещами?

Нет. Она не могла. А если и так, какое мне дело?

Услышав голоса в коридоре, я быстро закрываю ящик, скатываю галстук, сую в карман и сажусь на диван за секунду до появления Софии.

— А, ты открыл своим ключом!

Она улыбается мне через всю комнату.

— Конечно, – спокойно отвечаю я.

Я не спрашиваю о галстуке: не хочу тратить остатки времени, которое мы можем провести вдвоем. Какое мне дело, если она раньше встречалась с ирландцем? Большое, если это ирландец. Но я пока выбрасываю эту мысль из головы. О том, как мог попасть к ней галстук, подумаю в другой раз.

Что она со мной делает? Я сознательно себя обманываю.

29. Антонио

Даже воскресным утром у меня не выходит из головы галстук, найденный у Софии в комнате. Я так и не потребовал у нее объяснений. Почему? Чего я боюсь?

«Ты боишься, что у вас и без того осталось мало времени», – шепчет внутренний голос.

Это правда. Я отдаю себе отчет в своей слабости. Я хотел бы прожить с ней всю жизнь, а осталось жалких несколько недель. Тем не менее с этим дурацким галстуком что-то не так. Вот она, расплата за жизнь в мире, где никому нельзя верить.

Нет, Софии я верю. Если бы это было что-то важное, она бы мне сказала.

В разговоре с отцом я предлагаю одну идею, и когда он соглашается, отправляюсь на поиски Марчелло. Он сидит в холле Рим-хауса с моей сестрой на коленях. По одну сторону от него расположился Джованни, по другую – София, а напротив – Андреа.

— Привет! – обращаюсь я ко всей компании.

Я не хочу показывать, что меня интересует София, и не могу спокойно смотреть на Джованни: его губы прикасались к девушке, которую я хотел бы назвать своей.

— Ты только что говорил с папой? – спрашивает Мира.

Я киваю.

— А я с мамой, у нее одна тема – ваша свадьба. О моей помолвке ни словечка.

Она сердито выгибает бровь. Явная провокация. Это понимаем и мы с ней, и София. Я не обращаю внимания и поворачиваюсь к Марчелло.

— Можно тебя на минутку?

Поймав мой взгляд, он соображает, что дело срочное, и нежно похлопывает Миру по спине, чтобы оторвать от себя.