Измена. У тебя есть другая - Диана Ярина Страница 7

— Что за бред ты сейчас несешь? Про домовых вспомнила? Бабушкины сказки! Или ты так намекаешь, что всюду подлянки устроишь? Это в твоем духе.

— А еще… Еще, когда ты будешь трахать ее, нагибать раком, ставить на колени или раздвигать ноги на столе, рекомендую вспомнить, что в этом доме… Нет ни одной поверхности, нет ни одного уголка, где мы бы с тобой не занимались сексом. И речь не про укромные уголки, нет! Речь про все уголки, про все поверхности в этом доме. Будешь трахать ее… Знай. Ты будешь трахать ту, которая будет ПОСЛЕ меня, это останется так навсегда!И ты получишь ее — как бледную жалкую копию того, что у тебя было!

— Ты закончила?

Толкаю его ладонями в плечи, вытолкнув в коридор.

— Главное, чтобы ты…

— Что я?! Что ты говоришь и не договариваешь!

— Главное, чтобы ты сегодня, дорогой, за… кончил. А то всякое бывает у мужчин твоего возраста. Сорок девять лет… Пора бы случиться хоть одной осечке!

Глава 6. Он

— Ничего, так бывает. Я… — тоненько пищит Мария, распластавшись подо мной.

Распаренная, раскрасневшаяся, истерзанная.

Уставшая содрогаться от волн удовольствия, от его приступов, а я, черт…

Я никак не могу закончить начатое.

— Может быть, у тебя был день на стрессе? — спрашивает Мария, подвинувшись.

Она хлопает ладонью по покрывалу, мол, ложись рядышком.

Я ложусь.

Сейчас полежу, меня отпустит немного. И я смогу завершить начатое. Ни разу не было такого, чтобы я долбился, как отбойный молоток, и даже не приблизился к финалу.

— День на стрессе. Не то слово. Меня жена застукала. Когда я с дочерью говорил о нас с тобой, Машунь, — веду пальцем по нежной щеке.

Она как наливной персик. Сочная, яркая, трогательная девочка.

Не то, что моя требовательная грымза!

— Что? — ахает Мария, прижав пальчики ко рту. — Как же такое вышло, Георг?

Внутри царапает: а жена меня сегодня впервые за двадцать шесть лет брака назвала Жорой. Жора, блин! Еще бы Жориком обозвала!

— Просто стоял, пил кофе с дочкой. Она предупредила, чтобы мы с тобой были осторожнее, и тут — она за спиной.

— Как смерть с косой! — хихикает Мария, уткнувшись носиком мне в плечо.

В другой раз я бы согласился, конечно.

Но сейчас что-то мешает согласиться с этими словами.

То ли на меня так подействовало белье, которое купила себе жена, то ли…

Что-то в ней изменилось.

Прическа, наверное? Духи?

Одежда?

Точно она была не такой, как в последнее время.

Она была другой.

— И что дальше? — трогает меня за плечо Маша.

— Дальше? Скандал, что же еще.

— Ой, да… Она у тебя большая мастерица сделать из ничего скандал, — соглашается Маша. — Бешеная климактеричка. Как мне это знакомо, — вздыхает грустно. — Моя мама отца так со свету сжила. И, ведь самое главное, знаешь… — трется доверчиво. — У него были все возможности уйти. Начать новую жизнь с другой женщиной, а он… упрямо стоял на своем, все твердил: «В нашей семье не разводятся!» Еще он любил повторять: «Это со мной она стала такой, а взял я ее — хорошей!» Глупо, правда? Она же совсем неадекватная стала, как поняла, что у него есть другая. Нюхала его рубашки, брюки с лупой осматривала. Могла из-за малейшего пятнышка устроить скандал, потом начала кидаться в драку. Однажды швырнула в него чайник с кипятком, а плеснуло в меня… Такой шрам на руке некрасивый.