Развод с генералом. Месяц под его командованием - Виолетта Весна Страница 7

Мирослав уходил ночью — по служебной необходимости.

Не отвечал — по закрытому каналу.

Молчал — потому что не имел права говорить.

И я каждый раз оставалась за дверью.

— Я хочу забрать личные вещи, — сказала я.

— Невозможно.

— Там мой ноутбук.

— Изъят.

Рената шагнула вперед.

— Протокол изъятия.

— У руководителя группы.

— Которого здесь нет.

Кулагин начал раздражаться.

— Женщины, не усложняйте.

Я медленно повернула к нему голову.

— Что?

Он понял, что сказал лишнее, но было поздно.

— Я имел в виду...

— Нет, — перебила я. — Вы имели в виду именно это. Две женщины мешают вам стоять у двери и не отвечать на вопросы.

— Таисия, — негромко сказала Рената.

Я остановилась.

Не потому что он был прав. Потому что она была права. Любая резкость сейчас могла стать еще одной строчкой в чужом рапорте.

Я достала телефон.

— Я фиксирую отказ в допуске руководителю программы в помещение, где находятся документы подопечных, личные вещи сотрудников и техника, содержащая рабочие материалы.

Кулагин сразу изменился в лице.

— Съемка запрещена.

— Я снимаю себя и свой вопрос. Вас в кадре нет.

— Уберите телефон.

— Назовите руководителя группы.

Он сделал шаг ко мне.

И в этот момент за моей спиной остановилась машина.

Не такси.

Не случайная.

Я поняла это еще до того, как обернулась.

Дверь открылась. На тротуар вышел Мирослав.

Без спешки. Без суеты. В форме, поверх которой была темная шинель. Он не повысил голос, не сделал резкого движения, но оба мужчины у входа сразу выпрямились.

Вот что такое власть, подумала я с неприятной ясностью.

Не крик. Не грубость. Даже не звание на погонах. А мгновенная перемена в людях, когда они понимают, кто вошел в пространство.

— Кто старший? — спросил Мирослав.

Кулагин ответил почти сразу:

— Подполковник Селиванов, товарищ генерал-майор. Он внутри.

— Вызовите.

— Есть.

Только что мне не могли назвать руководителя группы. Мирославу хватило двух слов.

Я медленно убрала телефон в карман.

Он подошел не ко мне, а к Ренате.

— Сомова?

— Да.

— Тарновский. Мы с вами говорили по телефону два года назад, когда утверждали юридический блок программы.

— Помню, — сухо сказала Рената. — Тогда вы были вежливее.

Взгляд Мирослава на секунду стал почти живым.

— Не исключено.

— Исключено. Тогда вы хотели, чтобы программа заработала. Сейчас вы хотите, чтобы моя доверительница поехала с вами.

— Сейчас я хочу, чтобы ее не сделали крайней до вечера.

Я не выдержала.

— Вы можете говорить обо мне не так, будто меня здесь нет?

Мирослав посмотрел на меня.

— Могу.

— Отлично. Начните.

Кулагин у двери сделал вид, что изучает стену. Второй мужчина даже отвернулся.

Рената не скрывала интереса.

Мирослав произнес:

— Твой офис уже прошел первичный осмотр. Изъяты рабочие компьютеры, серверная копия переписки, журналы доступа, договоры с консультантами и часть бумажного архива.

У меня похолодели пальцы.

— На каком основании?

— Проверка по факту утечки сведений ограниченного доступа.

— Это не ответ.

— Постановление оформлено через управление внутренней безопасности корпуса.

— Через «Каскад»?

— Через контур, связанный с ним.

Я усмехнулась.

— Как удобно. Мой почти бывший муж начальник «Каскада», мой офис обыскивают по линии, связанной с «Каскадом», а меня об этом уведомляют на тротуаре.