Я тебя чувствую - Валентина Торкья Страница 70

Я кладу трубку.

* * *

С кучей пересадок я наконец добираюсь до дома, но вместо того, чтобы позвонить в домофон и подождать, пока Моя Мать откроет дверь, я сворачиваю в парк.

Я не вернусь домой.

Я больше не злюсь. Гнев прошел.

В трамвае у меня было время подумать.

Скрипки у меня больше нет. И музыкантом я никогда не стану.

Семьи у меня тоже нет. Моя семья раскололась на части, и никто не собирается их склеивать.

У меня нет друзей, потому что я держала всех на расстоянии. У меня нет Эдоардо, потому что я чуть не убила его.

Я просто хотела рассказать ему, что я для него сделала.

Я сажусь на Свою Скамейку и понимаю, что в парке никого нет. Я одна.

Ветер приближающегося лета шелестит в ветках деревьев. В воздухе разлит аромат цветов и тепла.

Я беру телефон и захожу в соцсети.

Листаю фотографии, просматриваю истории.

Сузанна с подругами ест суши в «Съешь, сколько сможешь».

Винчи собирается на вечеринку с нашими одноклассниками и продолжает постить свое кольцо настроения.

Рауль опубликовал селфи с арфой, а Алиса сделала подборку своих лучших фоток в Бальди за этот учебный год.

Я открываю аккаунт Эдо, смотрю на его последний пост с «глупым Коко» и улыбаюсь.

Мне надо поговорить с ним, но я знаю, что он больше ничего от меня не хочет.

Поэтому я кликаю на значок «Написать сообщение» и пишу.

Потом нажимаю «Отправить», выключаю телефон.

И выдыхаю. Я очень устала.

Эдоардо Маркони

36

У меня новое сообщение. Телефон тихо вибрирует.

Отец в итоге вернул мне его. До него наконец дошло, что я практически прикован к больничной койке и телефон мне никак не поможет сбежать отсюда.

Я не поблагодарил его и не извинился. Я просто взял телефон, и он ушел.

Сообщение с аккаунта Авроры.

У меня нет никакого желания узнать, что она хочет мне сказать.

Я открываю сообщение и удаляю его, не читая.

Между мной и Авророй Вольтерра все кончено.

* * *

Проходит еще два дня, а я по-прежнему здесь, в моей роскошной белой тюрьме. Мама устроилась в кресле для посетителей рядом с моей кроватью. Она провела здесь ночь, сменив отца, но отказалась от кровати. Сказала, что не больна, чтобы лежать в кровати.

В палату входит дежурная медсестра Беатриче Спини и приносит нам обоим кофе. Я завершаю им завтрак, а у мамы кофе утром заменяет еду.

— Что бы мы делали без твоего кофе, Бетти? Померли бы давно.

Медсестра одаривает меня широкой улыбкой и кладет руку мне на плечо. У нее ладонь размером почти с мою голову.

— Ты молодец. Хорошо держишься. А вы, синьора, выглядите ужасно.

— Спасибо, Бетти, солнышко. О, телефон! Что они все хотят от меня в восемь утра?.. Простите.

Мама шипит «Алло», прикрывая телефон рукой, и выходит из палаты. Собрав посуду и остатки моего завтрака, Бетти сообщает, что доктор придет с осмотром через полчаса, и объясняет, что мне нужно сделать. Я рассеянно киваю, включаю телефон, и меня захлестывает поток сообщений.

Сообщения от Винчи, от Сузанны, от Ферретти. Сообщения практически от всех одноклассников и от футбольной команды. Я не хочу отвечать на бесчисленные «Как дела» и «Когда вернешься». Поэтому кладу телефон обратно на тумбочку, успев заметить, что от Авроры опять ничего.

С тех пор как я на днях удалил ее сообщение, она больше мне не писала.

Я привык, что за мной бегают.