Любовь цвета клубники - Лия Джей Страница 71

— Луи, пойдем поговорим! – Марта тянет меня за руку, по пути оборачиваясь к шефу и говоря ему по-итальянски: – Простите, он просто… не выспался.

Ника оторопело смотрит мне вслед, когда Марта чуть ли не за шиворот вытаскивает меня из зала. Мы петляем по коридорам. Марта раздраженно цокает каблуками. Я пытаюсь остановить ее, догоняя и хватая за плечо, но она сбрасывает мою руку и ускоряет шаг. В конце концов мы оказываемся в подсобке. Отличное место для разговора.

— Ты с ума сошел? – шипит она. – Можно было подобрать выражение поаккуратней?

— Кто же знал, что он понимает итальянский? – Я усмехаюсь.

— Это Давид Висконти! Конечно, он понимает итальянский!

Она негодующе сдувает со лба черную прядь. Глаза сверкают в полумраке, того и гляди в них вспыхнут молнии.

— Понятия не имею, кто это.

— Это лучший шеф в городе! По крайней мере, если дело касается итальянской кухни. Я сбрасывала тебе его резюме. Ты его не посмотрел? Конечно… Знал бы ты, чего мне стоило переманить его в наш ресторан!

— Зря старалась. Он готовит, мягко говоря, неважно. Пусть возвращается туда, откуда пришел.

— Нет, Луи! – Она тыкает пальцем мне в грудь. – Я хочу, чтобы у нас работал этот шеф. Он лучший из тех, что я нашла.

— Значит, теперь поищу я.

— Родители рекомендовали нам его…

— Так вот в чем дело! Он ваш протеже? Может, вы вообще весь ресторан к рукам приберете? Своих людей посадите, свое меню создадите? Такими темпами от Il Rosso только название останется!

— Такими темпами от Il Rosso вообще ничего не останется, Луи! Ты ничего не делаешь для нашего ресторана!

— Пока что это мой ресторан. – Я сжимаю челюсти.

— Да-да, – закатывает глаза она. – Но мы оба прекрасно знаем, что потом он будет нашим. И я хочу сделать его хорошим. Идеальным! Лучшим! Я стараюсь, Луи, правда!

Марта тянется ко мне, чтобы повиснуть на шее, но я делаю шаг назад.

— Если хочешь, чтобы он стал лучшим, прислушайся к моим словам. Сама говорила, что хочешь, чтобы мы работали над этим проектом вместе. Но ты начала действовать у меня за спиной. Подсунула мне дрянного шефа, просто потому что он вовремя подлизался к твоим родителям… Кстати о них. Почему не сказала об их приезде?

— Это был сюрприз, – мнется она.

— Сюрприз? Шефа-сапожника на работу ты тоже примешь сюрпризом? Мое мнение все равно никого не интересует, да?

Она хмурится, в глазах блестят слезы. Мне должно быть ее жалко, но в груди нет ничего, кроме злости и обиды.

— С приездом в Россию ты будто стал другим человеком. Изменился, пф-ф-ф. – Она щелкает пальцами. – Думаешь, мне легко выслушивать сейчас все эти недовольства? После всего, что я сделала?

— А думаешь, мне легко? – Я запускаю пальцы в волосы. – В Милане все было по-другому. Я управлял уже отлаженной системой. Тут же приходится строить ее с нуля. Я… Я не умею! Я никогда этого не делал! Никто меня этому не учил. Да, Николас дает мне советы. Да, ты мне помогаешь. И наша команда в целом… Но, Марта, я в другой стране, вдали от семьи и привычной жизни. Я не понимаю местного языка, я… – устало качаю головой.

Я не понимаю, что я здесь делаю. Я не хочу делать ничего грандиозного. Знаю, что должен, но я боюсь. Боюсь оступиться и уронить все то, что взвалили мне на плечи. Боюсь не оправдать надежд Николаса. И в то же время боюсь потерять себя в погоне за чужой мечтой. Все, чего я хочу, – это снова оказаться в объятьях кудрявой рыжей бестии. Уснуть с ней на одном диване и больше ни о чем не думать.