Ты тоже видишь смерть - Ао Морита Страница 73

В комнате отдыха на четвертом этаже несколько пациентов смотрели телевизор и болтали. Честно говоря, шум меня раздражал.

Девушку, которая тут постоянно рисовала, я не увидел. Ей тоже остались считаные дни. Наверное, бедняжке уже не до рисунков. Я пошел дальше, к бабушкиной палате.

Бабушка, разумеется, читала очередную толстую книжку. Две цифры – 83 – колебались над ее головой, не давая отвести от них взгляд. Ну и черт с ними.

— Какие гости! Устраивайся, – привычно улыбнулась бабушка, когда меня заметила.

— Привет. Что читаешь?

— Английское фэнтези. Очень интересно, дам тебе почитать, когда закончу.

— Угу, спасибо, – ответил я, но голос плохо слушался: мне не суждено прочитать эту книгу.

— Вот, угощайся. – Как обычно, бабушка предложила мне печенье. У меня с самого утра во рту маковой росинки не было, так что я с готовностью взял три штучки. – Погоди-ка, а сегодня разве выходной? Как же школа?

— У нас годовщина ее основания.

— Вон оно что.

Даже во время разговора я то и дело косился на телефон. И каждый раз облегченно переводил дух: Куросэ все еще не писала.

Минут через двадцать я решился задать бабушке вопрос, которым в последнее время всех мучил:

— Бабуль, слушай. Скажи, зачем ты прожила жизнь?

— Что это вдруг за вопросы такие? – неловко улыбнулась она, как всегда, когда я капризничал.

— Ну то есть в чем для тебя смысл жизни? – уточнил я, поняв, что слова подобрал дурацкие.

Она у меня все-таки долго прожила. Я надеялся, уж ее-то ответ отзовется у меня в груди.

Я явно застал ее врасплох, но она все-таки ответила:

— Дай-ка подумать… Сложно сказать. Мне кажется, такие вещи понимаешь уже на пороге смерти.

— Как-как?

— Ты не ослышался. В последние мгновения. Надеюсь, ты тоже проживешь полную жизнь без сожалений, – ответила она не совсем то, что я хотел от нее услышать, но зато в своем стиле.

Вот только я доживаю последние дни, и на пороге смерти мне предстоит много в чем раскаиваться.

— Еще я, кроме всего прочего, живу ради твоих визитов.

Мне вдруг вспомнились слова покойного менеджера Кимуры: «Ради себя – тоже ради других». Когда меня не станет, у бабушки окажется на одну причину меньше жить. Меня мало заботило, что я умру, но вдруг захотелось хотя бы пережить бабушку.

— Кстати, твой дедушка у меня как-то спрашивал то же самое, – припомнила с теплой улыбкой бабушка, пока я молчал.

— Что он был за человек? – вдруг полюбопытствовал я.

Мама постоянно говорила, что он был упрямый и неусидчивый. Я его видел разве что на фотографиях и подробно никогда не спрашивал о нем.

— Он у тебя был настоящий герой.

— Герой? – Словечко, которое использовала бабушка, мало вязалось с тем образом, который у меня успел сложиться, и от неожиданности я переспросил.

Все с той же мягкой улыбкой она продолжила:

— Твой дедушка спас несколько человек. Про него даже в газетах писали.

Сердце застучало.

— То ребенка тонущего из воды вытащит, то не даст одному человеку прыгнуть под поезд. И постоянно такие истории с ним случались.

— Ого! А мама говорила, что он был себе на уме, и я как-то даже не думал…

— Хи-хи. Он постоянно перекраивал планы, иногда прямо на ходу. Загадочный был человек.

Чем больше я слышал, тем сильнее убеждался в своей теории. Получается, я унаследовал эту силу от него. Только, в отличие от меня, он свои способности использовал во благо и без малейших колебаний.