Любовь Сурового - Валерия Ангелос Страница 73

— Ты ничего не ешь, — говорит Айдаров, глянув на мою тарелку. — Даже не притронулась.

Нервно веду плечами.

— Опять морская болезнь?

— Да, — говорю.

— Тогда тебе точно надо поесть. Ты и утром почти не ела. В море от голода тоже может тошнить. Давай, — говорит, накладывая мне еще что-то. — Бери, хоть немного.

— Как ты это представляешь? — спрашиваю устало. — Есть, когда…

Да меня сейчас точно вывернет.

— Через силу, давай, реально легче станет.

Заставляю себя что-то попробовать. Просто потому что мне надо нормально держаться за столом. И сама с трудом верю, однако проглотив несколько кусочков, чувствую себя лучше.

— Видишь, — замечает Айдаров, будто сам считывает перемену в моем состоянии.

Обед проходит. И наконец, можно идти в каюту.

Стоит нам оказаться вдали от посторонних глаз, как меня подхватывают на руки, зажимают с явными намерениями продолжить то, на чем нас прервали утром.

— Нет, нет, — мотаю головой, уворачиваясь от губ Айдарова. — Пусти.

— Тебе что, опять дурно? — хмурится он.

— Не в этом дело, — говорю.

— Тогда в чем?

— Просто не хочу.

Кажется, мой ответ удивляет его настолько, что он даже меня отпускает. И я поспешно отхожу от него, одергиваю платье.

— Что это значит? — мрачнеет Айдаров. — Не хочешь?

— А что тебе непонятно? — дергаю плечами. — Ты привез меня на яхту, которая забита бандитами. И тут еще этот… Арсен. Ты вообще, понимаешь, какого мне тут? С этими твоими… коллегами?

Видно же, кто здесь собрался. Не по всем. Но в целом — очевидно. Нельзя не замечать татуировки на пальцах. Совсем не те рисунки, которые набивают в тату-салонах. И еще некоторые повадки, выражения, что проскальзывают.

Чего только стоит тот тип с золотыми зубами. На первый взгляд — обычная внешность. А потом, когда он вдруг растянул губы в улыбке…

Его спутница, судя по затравленному выражению лица, тоже не была в восторге от его экзотических зубов. Он представил ее нам как свою жену, но я не могла не заметить, что на этих словах девушка вздрогнула.

Нет, многие тут были с женами. Причем те женщины выглядели так, будто всем довольны.

Однако чем больше проходит времени, тем хуже мне становится здесь. И проблема совсем не в морской болезни.

— Опять мозги ебешь, — раздраженно выдает мне Айдаров.

Молча смотрю на него.

— Думаешь, твой папаша не бандит? — оскаливается он.

— Конечно, нет, — говорю. — Даже если что-то и есть, то не настолько как эти тут. По сравнению с ними он честный.

— Ну да, — кивает с издевкой, ухмыляется. — Еще бы. Честный.

— Такому как ты этого не понять, — бросаю на эмоциях.

Он качает головой.

— Ебануться.

— Ты можешь нормально говорить? Хоть раз без своих грязных выражений обойтись?

— А ты можешь заткнуться? — рявкает.

Отшатываюсь от него. Нервно обнимаю себя руками.

Айдаров мрачнеет еще сильнее. А потом резко разворачивается и выходит из каюты, хлопнув дверью.

Ночью он так и не возвращается. Выдохнуть у меня не получается. С ним тяжело, но без него мне здесь тоже как-то… неуютно.

Утром просыпаюсь от стука.

Поднимаюсь. Заторможенно осознаю, что так и отключилась в одежде.

Стук продолжается. От него голова начинает гудеть.

Почему Айдаров просто не зайдет?

Наверное, дверь закрыта. Да, кажется, вчера защелкнула замок. Точно, так и сделала.

Иду открывать. Однако на пороге не мой муж, а Медведь.