Капкан для медведя - Любовь Трофимова Страница 75

— Оставляй за порогом, – распахнув дверь, попросил с улыбкой.

— Что? – опешила, не понимая, о чём он.

Даже опустила взгляд на обувь, но Потап, тихо рассмеявшись, пояснил:

— Тараканов, оставляй за порогом. Просто будь собой, Лена.

Зайдя в уютную прихожую, робко огляделась, но растеряться мне не дали.

— Гостиная там, – указав рукой, пояснил мой босс и, подмигнув, дополнил: – Располагайся, фильм пока выбери. Я только еду сервирую и приду.

Скинув сапоги, прошлёпала босиком в просторную гостиную и, подойдя к панорамному окну, восторженно выдохнула. Налюбовавшись видами вечернего города, осмотрела уютное пространство и, подойдя к дивану, приземлила свою пятую точку на самый краешек. Сложила руки на коленях и, выпрямив спину, приготовилась ждать.

— Нет, Лен, так не пойдёт, – зайдя в комнату, заворчал Потап и, оценив мой аристократичный вид, покачал головой и куда-то ушёл.

Вернулся почти сразу же и, подав мне стопку свёрнутой ткани, скомандовал:

— Марш переодеваться. Ванная там.

— Но это же пижама, – развернув вещи, удивилась я и, продемонстрировав мужскую пижамную рубашку, тихо добавила: – Мужская пижама.

— Какой ужас, – притворно охнул Потап и, указав рукой в сторону ванной комнаты, строго повторил: – Иди, а то ведь я и помочь могу.

— Но я же…

— Лен, не нуди, а. У нас обычная пижамная вечеринка. Чего ты боишься?

А и правда чего? Варианты, конечно же, были, но отвечать хитро улыбающемуся мужчине я не стала. Сгребла выделенный мне на вечер наряд и, усмехнувшись, отправилась переодеваться.

ГЛАВА 39

Потап

Наша импровизированная вечеринка удалась на славу. Поначалу Лену пришлось тормошить и напоминать, что при мне не надо держать лицо, осанку, позу, следить за речью, краснеть от запачканных едой губ, извиняться за крошки и слишком громкий смех.

Вёл себя максимально непринуждённо. Кормил мою малышку с рук куриными крылышками, намерено свинячил, облизывал пальцы, смешил и спаивал вином. Она стеснялась и зажималась совсем недолго. Нам было легко вместе, хотя я чувствовал, что ещё не раз придётся выколупать её из тугой и явно тесной раковины страхов и предрассудков, какого-то хрена навязанных родителями и бабками.

Интеллигентом я себя не считал, но и быдлом меня никто не называл. Даже обрадовался, что Лена отговорила меня от немедленной поездки к её родителям. Иначе знакомство с будущими родственничками прошло бы не слишком гладко. Нет, переживал я не о себе, но Лену напрягать тоже не хотел. Вернее, хотел, но чуть позже…

На экране огромной плазмы уже шли титры благополучно недосмотренного нами фильма, а я боялся шевельнуться. Под боком посапывал уютный тёплый комок, а я лениво шурудил рукой рыжие пряди, расслабляя мою малышку ещё больше.

От близости наших тел, укрытых пледом, Лена вспотела, и я жадно вдыхал её родной запах, безуспешно пытаясь угомонить разгулявшееся воображение и восставший член. Участившееся дыхание постепенно переросло в нездоровые хрипы, и я понял, что на сегодня экспериментов, пожалуй, хватит.

Решив не рисковать, приподнялся и, осторожно взяв Лену на руки, понёс в спальню. Уложил на подушки и, прикрыв одеялом, замер, разглядывая расслабленное личико. Не сдержался… Коснувшись губами приоткрытого рта, скользнул языком внутрь горячей влажности и глухо застонал.