Любовь в Сочи, мопс и белые ночи - Женя Онегина Страница 76

— Игорь? Но…

— Он взялся мне помочь, несмотря на отпуск с семьей. У меня сейчас очень непростая ситуация, в какой-то степени я из-за этого и уехал из “Медвежьего угла”. Я не хочу грузить тебя своими проблемами, тем более они вполне решаемы. Но это не значит, что я не доверяю тебе. Или не думаю о том, что будет дальше. Думаю, Алиса. Я планирую к зиме перебраться в Москву. Если ты не против.

Я уставилась на него во все глаза.

Только вчера я пообещала себе жить одним днем, не думать о том, что будет, когда август подойдет к концу, а сегодня…

— Как я могу быть против, Свят?

— Поэтому мне очень важно закончить все дела здесь, милая, – произнес он строго и кончиком большого пальца смахнул с моей щеки слезу. – Я больше не уйду, Алиса.

— Обещаешь?

— Обещаю. И мне действительно нужно рассказать тебе кое-что еще. Не делай такие глаза! Это правда не страшно.

Ребята уже возвращались, и он замолчал.

Аня бросила на меня обеспокоенный взгляд, и я улыбнулась ей в ответ, показывая, что у меня все хорошо. Принесли чай. Миша посмотрел на часы.

— Наверное, пора возвращаться, – напомнил он.

— Пора, – согласился Святослав. – Девушки, у вас десять минут на сборы, и мы ждем вас у машины.

Мы с Анькой переглянулись и захихикали, настолько он сейчас был похож на того самого великого и ужасного капитана, который целую вечность назад встречал нашу группу в “Медвежьем углу”.

— Помирились? – спросила Аня, едва ребята ушли.

— Мы и не ругались, – ответила я. – И он сказал, что собирается переезжать в Москву. Но мне так страшно, Ань! Они в горы едут. И Игорь с ними!

— Прекрати себя накручивать! Все же хорошо?

— Хорошо, – согласилась я, пытаясь заглушить щемящее чувство тревоги.

Вернувшись к машине, мы с подругой, не сговариваясь, забрались на заднее сиденье. После пляжа и сытного обеда клонило в сон. Ребята, глядя на нас, понимающе переглянулись. Дорога до границы прошла легко, погранконтроль тоже не занял много времени, и только высадив ребят у их отеля, мы встали в привычную для Сочи пробку.

Я хотела перебраться вперед, но Ремизов остановил:

— Ехать будем долго. Попробуй лучше поспать.

— Я думала, ты расскажешь мне свою страшную тайну!

— Какая ты, оказывается, любопытная и нетерпеливая, Алиса! – Свят тепло улыбнулся мне в зеркало заднего вида.

— Все равно ведь в пробке стоим… – заныла я не хуже Воланчика.

Ремизов некоторое время молчал – все его внимание было поглощено дорогой, потом тяжело вздохнул, решаясь, и заговорил. Голос его звучал чуть приглушенно, Свят избегал моего взгляда, а я слушала, сцепив на коленях руки. Внимательно слушала.

— С Микой мы познакомились почти шесть лет назад в Питере. Стоял сентябрь. Я шел по Невскому, и мне в буквальном смысле сносило крышу от чувства внутренней свободы. До получения диплома оставалось меньше года. Лето я провел в Сочи в качестве управляющего небольшого отеля в горах. Я обзавелся связями и полезными знакомствами и с нетерпением ждал зимы, чтобы вернуться туда. Владельцы – супружеская пара в возрасте – были знакомыми моей матери. Они плохо понимали, как вести дела, хотя место было козырное – уютное, тихое, рядом склоны. А я горел желанием все взять в свои руки. – Свят улыбнулся и замолчал ненадолго. – Мику я сначала принял за мальчишку. На ней была потрепанная, видавшая виды косуха, черная надвинутая на глаза шапка, из-под которой торчала обесцвеченная прядь волос. В брови блестела крошечная штанга. Она сидела на Казанском мосту, свесив ноги вниз, и смотрела куда-то вдаль, мимо прохожих. Я подошел ближе и протянул ей стаканчик кофе, купленный только что. Она улыбнулась и взяла его, как будто случайно задев мои пальцы своими. Я думал, что она замерзла. Я думал, что передо мной почти бродяжка, но Микаэла Самгина оказалась одной из самых обеспеченных девчонок города, и я пришелся ей по вкусу. А дальше понеслось.