Чужие под одной фамилией - Александра Новикова Страница 79

— Ты совсем охуел?! — заорал Никита, не отпуская меня. — Тебе жить расхотелось?! — он тряс меня за куртку, глаза злые, испуганные. — Ян! Что с тобой?! Объясни мне сейчас же!

Я сидел на пыльной земле, и смотрел на свои руки.

— Я… — начал и замолчал.

Что тут объяснишь? Что внутри меня пустота? Что мне всё равно, упадёт на меня блок или нет? Что, может, так было бы даже легче?

Я поднял на него глаза.

— Я просто… — выдохнул. — Прости, я не смотрел.

Никита долго смотрел на меня, тихо выругался, и махнул другим парням, говоря, что нужен перерыв. Мы отошли в сторону, под навес, подальше от шума.

— Говори, — сказал он жёстко. — Что с тобой происходит?

— Я её изнасиловал, — слова вырвались сами, как приговор.

Никита замер. Просто стоял и смотрел на меня так, будто я только что признался в убийстве. Потом резко шагнул ближе и схватив меня за грудки прижал к стене.

— Чего ты сказал?.. — очень тихо, прошипел друг.

Я не сопротивлялся, даже не моргнул.

— Я… — голос сел. — Я её изнасиловал.

В следующую секунду, и он меня встряхнул так, что зубы щёлкнули, а затылок стукнулся о стену.

— Ян, ты сейчас либо объясняешься, либо я тебя, сука, прямо здесь закопаю, — процедил он. — Говори нормально, с самого начала.

— Мы сидели на кухне, когда в школьном чате началось обсуждение сегодняшнего медосмотра, — голос дрожал. — Она была в панике, сказала, что если узнают, что мы… что у нас ничего не было, то её отец и Кирилл смогут аннулировать брак.

— И? — коротко.

— Я сказал "нет", — быстро ответил я, подняв глаза на друга. — Сразу сказал, сказал, что это хуёвая идея, что она этого не хочет.

— Она настаивала?

— Да, — я сглотнул. — Никит, я правда пытался найти другой выход, что есть врачебная тайна, что нельзя так определить была связь или нет, что мы не в кино. Но она сказала, что уже была у врача, и... Ну будет видно.

Никита молчал, давая мне выговориться.

— Я видел, что она не хочет, — продолжил я тише. — Я это, блять, видел. Она говорила "да", но… она была сломлена, и я это понимал.

— Ты её заставлял? — резко спросил он.

— Нет! — почти рявкнул. — Я всё время спрашивал, останавливался. Предлагал вообще не продолжать, но продолжал. Потому что она просила не останавливаться. Потому что… — я опустил голову. — Потому что был возбуждён, и от этого мне сейчас хочется сдохнуть.

— Но ты ведь не заставил её, Ян.

— Нет, нет, она не хотела, она... Она просила не снимать верх, просила, чтобы я не прикасался к ней, — слова выливались из меня бессвязным потоком. — После… — голос сорвался. — После она плакала, тихо, в комнате. А я сбежал на кухню, как последняя тварь, не мог к ней подойти, и теперь она ушла к Лере, чтобы не ночевать со мной. Знал, что делаю ей больно, видел это, и всё равно… Всё равно продолжил.

Никита резко выдохнул и провёл ладонью по лицу.

— Ян… — начал он и тут же замолчал, подбирая слова. — Ты вообще понимаешь, что ты сейчас говоришь?

— Я понимаю, что я мудак, — огрызнулся я. — Я сломал её.

— Нет, — он шагнул ближе. — Если бы ты её изнасиловал, ты бы сейчас здесь не сидел. Я бы тебя уже закопал в ближайшей яме, и ты это знаешь.

— Жаль, что ты до сих пор этого не сделал, — я криво усмехнулся.

Никита всё-таки сорвался. Влепил мне по затылку, не со всей силы, но достаточно, чтобы я дёрнулся.