Монолог фармацевта. Книга 1 - Хюганацу Страница 79

— Пайрин… – мечтательно протянул господин Лихаку и шумно сглотнул.

Пайрин была одной из трех первых красавиц Малахитового чертога и слыла несравненной танцовщицей. Ее имя знал чуть ли не каждый живущий и прибывший в столицу. Однако в защиту господина Лихаку следует уточнить, что его влекла к ней не столько похоть, сколько благоговение. Само то, что он повидается с ней, ожившей мечтой, и разделит с ней чашу чая, он почел бы за небывалую честь.

«Значит, бабуля решила позвать барышню Пайрин… Может, она даже клюнет…» – услышав, кого выбрала старуха, стала размышлять Маомао.

Если господин Лихаку придется Пайрин по нраву, она может ради него расстараться.

— Господин Лихаку, – позвала грезящего здоровяка Маомао и легонько ткнула его, возвращая на грешную землю. – У вас же сильные руки?

— Конечно, ведь я закаляю свое тело!

— Да, вижу. В таком случае удачи, господин, – убедившись, что он в действительности подойдет, напутствовала она.

Так и не узнав, о чем спрашивает провожатая, господин Лихаку вскоре ушел с ученицей, посланной отвести его в чертог. Маомао была ему глубоко признательна, поскольку этот служилый довез ее куда нужно в целости и сохранности, а потому искренне желала отплатить добром за добро. К тому же сладость одной ночи может греть сердце всю жизнь.

— Маомао! – прохрипела хозяйка, выдергивая ее из размышлений. Старуха ощерила рот в жуткой ухмылке. – Бесстыжая девчонка! Исчезла на десять месяцев! И ни слуху ни духу!

— В том не моя вина! Все эти месяцы я служила во дворце! – поспешила оправдаться та.

Вдобавок ни слуху ни духу – явное преувеличение: Маомао послала хозяйке дощечку с весточкой.

— Не будь от тебя гость, я бы не стала возиться и прогнала бы твоего дружка взашей!

— Знаю, знаю, – торопливо успокоила ее Маомао.

Она достала из-за пазухи мешочек, где лежала половина заработанного на службе во дворце императорских жен. Перед уходом Маомао попросила сжалиться и выплатить все заранее.

— Маловато будет! – заглянув в мешочек, пожаловалась старуха.

— Я не рассчитывала, что вы дадите ему барышню Пайрин.

Маомао надеялась, что ее жалованья хватит, чтобы господин Лихаку скоротал вечерок с первой красавицей Малахитового чертога, тем более ее подопечный многого не желал, ему хватило бы и мимолетной встречи.

— Может, скостите немного, если они чай попьют да разбегутся? – попыталась поторговаться она.

— Мечтай! Пайрин ни за что не упустит этого силача. Сама знаешь, она падкая на крепышей, – сказала как отрезала хозяйка.

«Ваша правда…» – печально согласилась в своих мыслях Маомао.

Несравненные красавицы почти никогда не делят ложе со своими гостями, впрочем, это не значит, что любовь им чужда.

— Только я на это не рассчитывала…

— А мне какое дело? – возмутилась старуха. – Все равно на твой счет запишу!

— Говорю же, у меня нет столько денег, – в последний раз попыталась Маомао, а про себя подумала: «И не хватит расплатиться, даже если все до последней монеты отдам».

От этой мысли она понурилась: что ни говори, спорить со старухой не выйдет, госпожа своего никогда не упустит.

— Да что ты! Так расплатись своим телом! – не желала слушать хозяйка. – Из дворца да прямиком в дом утех – и не такое видали! Есть на свете чудаки, кому нравятся ущербные девки вроде тебя.