После Развода. Влюбиться в тебя заново - Зарина Цурик Страница 8

— «Передай своей цыпочке-директрисе, что в следующий раз пусть хорошенько думает головой, прежде чем давать пустые обещания. Она ведь просила меня быть невыносимым, я с удовольствием ее просьбу выполню. Будет уроком». Конец цитаты.

Мир на мгновение замер. Ярость — чистая, концентрированная, ослепляющая — хлынула по венам вместо крови. Твою мать! Я клянусь всеми бывшими и будущими клиентами: я сниму эту пустую голову с его широких, безупречно одетых плеч. Я насажу ее на швабру и вымою этими его шелковистыми, золотистыми, как у породистого ретривера, волосами пол в своем кабинете. Нет, этот «золотой мальчик» еще не знает, во что он ввязался. Ему конец.

— Срочная замена есть? — мой голос стал пугающе спокойным, это была фаза «перед взрывом».

— Елена Сергеевна, мы ищем, честно! — в голосе Ани слышались слезы. — Но вы же знаете уровень запросов Агаты. Половина нашей базы сегодня на выездах, другие не соответствуют типажу… Никто не успеет доехать вовремя, а те, кто рядом, просто не пройдут её фейс-контроль. Извините, Елена... видимо, вам придется подойти и сказать ей, что свидание отменяется.

Анечка замолчала, вероятно, уже представляя, как я буду в ярости метать молнии.

— Но может… — робко добавила она через секунду, — может, скажем, что он попал в больницу? Или что у него дом загорелся? Давайте что-нибудь придумаем! Может, ему ноги сломали по дороге? Я могу быстро подделать справку...

Паника ассистентки передалась мне воздушным путем. Я сделала глубокий вдох, пытаясь унять дрожь в руках.

— Ладно, Аня. Работайте дальше. Я разберусь с ней сама.

Я положила трубку и на секунду закрыла глаза. Расправила плечи, глубоко вздохнула, пытаясь наполнить легкие воздухом, который казался слишком густым. Сглотнула ком в горле, глядя на безупречный профиль Агаты.

«Тебе либо конец, Леночка, либо тебе конец», — пронеслось в голове. Выбора не было. Пока я шла до её столика, мне казалось, что я разучилась ходить. Ноги двигались как-то отдельно от туловища, руки нелепо болтались вдоль тела. К счастью, я не споткнулась, хотя в моей нынешней ситуации даже падение лицом в ковер не сделало бы картину более жалкой.

— Добрый вечер, Агата, — я мгновенно сменила панический тон на свой профессиональный, «директорский» голос — в меру мягкий, в меру строгий, лишенный и тени суеты.

Я встретилась с ней взглядом. Глаза Агаты — цвета холодного северного моря — просканировали меня с головы до ног. Убедившись, что она не собирается вонзить мне в шею вилку прямо сейчас, я позволила себе сесть напротив.

— Ах, вы тоже здесь? — её голос был тонким, аристократичным, с той самой ленивой оттяжкой, которая свойственна людям, привыкшим повелевать.

Она напоминала мне Анну Винтур. Будто была её родной сестрой, которую в детстве недолюбили и у которой характер был в десять раз хуже. Каждый её жест был выверен, каждая деталь образа — от безупречного каре до нитки жемчуга — кричала о баснословных деньгах и абсолютной власти.

— Вы меня немного разочаровываете, Елена, — растягивая слова, произнесла она, снова бросив взгляд на часы. — Мужчина опаздывает. Это… вульгарно.

Я натянуто улыбнулась.

«Золотая жила», — подумала я, когда Агата впервые переступила порог моего агентства. О нас шла слава по сарафанному радио в кругах, куда обычным смертным вход закрыт. Я была уверена, что она — мой счастливый билет. Она должна была вывести агентство на ту ступень, где обитают шикарные вдовы, скучающие богачки и влиятельные женщины, ищущие эстетичного спутника. Она была ключом к миру, где чеки выписываются с семью нулями.