Камеристка - Дина Зарубина Страница 82

— Вот ты дурочка-то, прости Пресветлый! — Элла схватила меня за руку и потащила от каюты графа подальше.

— Что случилось, Элла? Граф сказал, всем в храм идти…

— Да демоны с храмом! Граф хочет, чтоб ты шпионила за принцессой, что непонятного?

Я захлопала глазами. Из меня шпионка, как из Крокса танцовщица! Красть письма и взламывать секретеры не умею. Да и как шпионить, если она на одном корабле, а мы все на другом? И потом, принцесса мне никаких государственных тайн не доверяла и вряд ли доверит. Не считать же тайной, что она любит фасоль больше, чем картофель? Синий цвет больше, чем желтый? Да я даже не знаю, правда ли то, что принцесса питает несестринскую любовь к Лилиан! Любит, заботится, но свечку я не держала, а обнимать можно и подругу. Злые языки такого могут наболтать! Что я могу выведать? Элла, наверное, пошутила?

Хотя… Кристиан же хотел, чтоб я ему рассказывала о принцессе? Передавала разговоры? А Кристиан — слуга графа. Да, Элла права, дурочка я. Никому тут доверять нельзя. В глаза улыбаются, а сами думают, как побольнее в спину ударить. Графа я за порядочного человека считала. А ведь он дипломат, им порядочность по должности не положена. Кстати, менестреля надо вытащить, он уже достаточно наказан.

— Линда снова потеряла своего Кристиана, — сказала я. — И граф его ищет. Не свалился ли он, случайно, в трюм? Трюмы же проветривают, вдруг люк оставили открытым?

Элла моргнула.

— Так граф тебя за этим вызывал?

— Да, — легко соврала я. — Спрашивал про Кристиана и сказал, чтоб мы все собирались в храм.

— Ой, платье-то полосатое не проветрила! — Элла развернулась и помчалась к каюте Кристины, которую та делила с Виолой.

Через полчаса все шесть фрейлин с камеристками и граф с помощниками торопились к храму.

Брат Рем злобно посмотрел на почтовую шкатулку. О том, что местный патер сбежал, прихватив золотые чаши и дароносицы, подсвечники и лампады, он сообщил еще вчера в Киртапалу, Порто-Цунеф, Вийон и Гуртиканд. Из Вийона и Гуртиканда лаконично сообщили, что приняли к сведению, беглеца будут разыскивать. Но нового временного патера должны прислать из Киртапалу, это ближайшая и крупнейшая обитель! Патеров там как, как рыбы в садке! Он экзекутор и служить права не имеет. Он меч, а не глас Пресветлого. Но шкатулка молчала.

— Службауже идет, — напомнил брат Никола.

— Следи за шкатулкой, — приказал брат Рем. Прислужник молча поклонился.

Народу в храм набилось много, передние скамьи слева заняли фалезийцы, справа — свита принцессы и градоправитель с семьей. Младший служитель путался, шагал не в ту сторону, запинался, но служба шла своим чередом, с подсказками более опытного причетника. Впрочем, голос у патера был сильный, и пел он неплохо.

Фарс, а не служба! Экзекутор был зол, как никогда. Его место в нише за тяжелой бархатной портьерой позволяло отлично видеть все сверху. Баронесса была тут, чинно сидела на третьей скамье, головой не вертела, глазками не стреляла, как прочие служанки.

— Ну? — сердито глянул брат Рем на появившегося брата Никола.

— Из Порто-Цунефа ответили, что потрясены разграблением храма, — сообщил слуга. — Из Киртапалу вестей нет.

— Вон ту кудрявую девицу приведи! В синем платье с белой отделкой, видишь?

— Вы сказали двух других привести, — напомнил слуга. — Всех троих приглашать?