Королевы и монстры. Шах - Джей Ти Джессинжер Страница 82

Мой пульс разгоняется. Бедра дрожат. Все будто перевернулось с ног на голову.

— Жестче. И быстрее.

Его рык нежен и полон удовольствия. Кажется, он надеялся, что я это скажу.

Следующий удар обжигает, но от него все мое тело накрывает взрывной волной удовольствия. Он делает это снова и снова, удерживая меня на месте, пока я не начинаю трястись и не намокаю так, что смазка уже стекает по бедрам.

— Ты близко?

— Почти, – задыхаюсь я. – Уже почти.

— Дай мне свой рот.

Я запрокидываю голову. Меня сразу встречает горячий, глубокий поцелуй. Пальцы Деклана рыскают у меня между ног, исследуя каждый сантиметр, скользят вокруг щелки, которую он имеет. Когда они касаются моего чудесно чувствительно клитора, я постанываю, не отрываясь от его губ.

— Готова? – шепчет он.

— Да, сэр. Спасибо, сэр.

Он судорожно выдыхает.

— Черт побери, женщина. Черт меня побери.

А потом он шлепает мою пульсирующую киску, и я кончаю.

Всхлипывая и содрогаясь в его руках, я кончаю так, что у меня сносит голову. Все это время он шепчет слова восхищения на английском и гэльском; они льются мне в уши и плавятся на моей разгоряченной коже как масло.

Потом он тоже содрогается, его бедра делают несколько хаотичных рывков, и с его губ срывается сдавленный стон. Я чувствую, как он пульсирует во мне, чувствую разливающееся по шее тепло, когда его рука смыкается на моем горле.

Он с рыком кончает внутрь меня.

Когда мы, обмякшие и обессиленные, падаем на ковер, он сгребает меня в свои объятия. Я задумываюсь, чем закончится эта мрачная сказка.

Потому что она закончится. Должна. Единственный вопрос – кто останется стоять и наблюдать за рушащимися крепостными стенами: принцесса или темный рыцарь?

Или никто?

Вернувшись на кухню, мы оба молчим. Деклан доделывает салат, перекладывает его в огромную миску, берет вилку, а потом ведет меня к обеденному столу.

Он присаживается на стул и нежно тянет меня на пол.

— Я не встану перед тобой на колени, – говорю я возмущенно.

Сверкая глазами, он отвечает:

— Странно, но мне кажется, что да.

Он ждет, пока я решу, что со всем этим делать. Я несколько секунд киплю, а потом просто задумываюсь, с безопасного расстояния наблюдая за истерическим припадком моего эго.

Он нежно объясняет:

— Я просто хочу покормить тебя.

— Как хозяин кормит собаку объедками со стола?

— Нет, подруга. Как мужчина кормит свою возлюбленную. Если не понравится, встанешь.

Он сосредоточенно насаживает салат на вилку. Потом подносит ее к моим губам, придерживая подбородок другой рукой, и смотрит на меня с воспаленным блеском в глазах.

Ох, этот взгляд. От него у меня мурашки. Ни один мужчина на меня так не смотрел. Вожделение в его глазах настолько обжигающее, что может спалить нас обоих дотла.

Я шепчу:

— Опасную игру мы затеяли.

— Ты даже не представляешь насколько.

За этими словами прячут скелеты в шкафах. Или призраков прошлого, гремящих цепями. Во что я, вообще, ввязываюсь?

— Обещай мне, что ты…

— Обещаю.

— Ты не знаешь, о чем я хотела попросить.

— Это неважно. Проси меня о чем угодно. Быть с тобой внимательнее, быть с тобой честнее, принести тебе чью-нибудь голову на блюде. Я скажу да. Не ты тут попала в плен. А теперь раскрой свой милый ротик и дай мне покормить тебя. Тебе понадобится энергия. Скоро я снова захочу тебя трахнуть.