Порочная невинность - Пайпер Рейн Страница 82

Несколько секунд я не могу сообразить, что меня разбудило. Чьи-то громкие голоса. Кто-то ссорится. Я так и лежу на скамейке. Похоже, что спорщики на другой стороне живой изгороди понятия не имеют, что я здесь. Попытаться уйти незамеченной? Или объявить о своем присутствии и извиниться?

— Не понимаю, чего ты бесишься!

Стоп… это голос Авроры?

— Чепуха, все ты понимаешь.

Ирландский акцент… я замираю. Какие у нее могут быть дела с ирландцами?

— Ты теперь с ним целуешься на людях? – обвинительным тоном продолжает парень.

— Мы помолвлены.

— А как же мы?

Я поджимаю губы. Она встречается с ирландцем? Антонио знает?

— Я еще на прошлой неделе тебе сказала, что между нами все кончено. Что тут непонятного?

В голосе Авроры звучат гнев и отвращение.

— Значит, вот как? Наигралась, и хватит?

Только сейчас я узнаю голос Конора, участника нашего группового проекта. Гм, странно… они вели себя так, будто незнакомы. Я в замешательстве, выпитая водка все еще течет по венам, и полученные новости не укладываются в голове.

— Если хочешь, давай поговорим, а вообще – да, кончено, – заявляет Аврора.

Черт, что все это значит?

Конор фыркает, усмехаясь, хотя ему, похоже, не весело.

— Поговорим? О чем? Спасибо за удовольствие. Пока.

Раздаются тяжелые шаги, – Конор уходит в ночь, затем разочарованный стон Авроры, стук ее каблуков по мощеному дворику тоже постепенно затихает. Я жду минут десять, сажусь на скамейку и оглядываюсь по сторонам. Я вновь одна. Черт, что это было?

Я даже не знаю, сколько прошло времени. Собираясь на вечеринку, я не взяла сумочку, так что осталась без телефона. Мне понятно одно: Аврора играет в какую-то грязную игру. Не то чтобы я этого не знала, но такое… И что теперь? Держать рот на замке и не вмешиваться? Рассказать Мире, и пусть решает, что делать? Или сказать Антонио?

Здесь, в кампусе, он главный представитель семьи Ла Роса, значит, надо сказать ему. Если что-то пойдет не так и мой отец узнает, что я располагала информацией и не поделилась ею, он рассердится. Может, даже отречется от меня.

— О боже! – вырывается у меня, и я испуганно прикрываю рот рукой.

А вдруг отец ребенка Авроры не Антонио? Нечаянно подслушанный мной разговор указывает на то, что Аврора находилась в отношениях с Конором. Что, если он и есть отец ребенка? Это что-то меняет? Возможно, если Антонио захочет. С другой стороны, он явно неравнодушен к Авроре, если спал с ней и врал мне.

Я вскакиваю со скамейки и иду по тропинке к Рим-хаусу. Скрытность и ложь до сих пор не принесли мне ничего, кроме горя. Может быть, правда исцелит мое разбитое сердце.

С утра пораньше я стучу в дверь Антонио. Я плохо спала и проснулась ни свет ни заря. Думаю, все общежитие будет сегодня дрыхнуть допоздна, и хорошо: никто не заметит, как я вхожу в его комнату.

Наконец дверь распахивается. У Антонио сонные глаза, он в пижамных штанах, волосы растрепаны. Удивленно моргает.

Мой взгляд скользит по мускулистой груди, и я вспоминаю, как она прикасалась к моей.

— Ты зачем пришла?

Я вхожу, не дожидаясь приглашения:

— Нужно поговорить.

С раздраженным вздохом Антонио закрывает дверь.

— Нам больше не о чем разговаривать.

Он скрещивает руки на груди, сжимает губы и расставляет ноги, как будто готовится к драке. Принятый им вид грозного мафиози меня не останавливает.