Дело 13. Проклятая ассистентка - Аманда Бард Страница 83

Кассиан замер. Всё его тело напряглось, но теперь уже от другого — от леденящего догадкой ужаса.

— Что… что ты сказал? — его голос был тихим, но в нём слышался гул приближающейся бури. — Повтори.

Гоблин усмехнулся, подходя к койке, игла шприца блестела в тусклом свете.

— Скоро сам всё узнаешь. И поймёшь. Очень скоро вы воссоединитесь. Здесь окажутся многие. Весь Ульгаррат слишком заполонён… мусором. Мелкими, низшими существами. Его нужно почистить. Освободить место. Установить новый порядок. Настоящую власть. А вы… вы будете топливом. Вечным, послушным.

В глазах Кассиана что-то надломилось. «Вы воссоединитесь». Он понял. Понял всё. Звериный, душераздирающий рёв вырвался из его груди, наполнив каменную комнату такой первобытной болью и яростью, что у Маши сжалось сердце.

— ЧТО ВЫ С НЕЙ СДЕЛАЛИ?! — закричал он, бешено дёргаясь, так что койка затряслась. — ОТПУСТИ МЕНЯ, ТВАРЬ! Я РАЗОРВУ ТЕБЯ!

Гоблин лишь рассмеялся, поднося иглу к его шее.

— Спокойно, спокойно. Сейчас всё неприятное забудется…

И в этот миг Кассиан, собрав последние силы, резко дёрнулся вперёд, насколько позволяли ремни. Его лоб с глухим, костяным стуком встретился с длинным носом гоблина.

Тот взвыл, отлетев назад. Шприц выскользнул из его пальцев, описал в воздухе дугу и с тихим звоном покатился по каменному полу… прямо под ширму, к самым ногам Маши.

Раздумывать было некогда. Она молниеносно наклонилась, сорвала с ног неудобные туфли, чтобы её не выдал стук каблуков, и её пальцы сомкнулись на холодном цилиндре шприца. Адреналин пел в крови, заглушая страх. Она выскочила из-за ширмы.

Гоблин, всё ещё охвативший лицо руками, из-за которых сочилась тёмная, почти чёрная кровь, стоял к ней спиной, корчась и ругаясь.

Маша подбежала, подняла руку со шприцом и со всей силы, с отчаянной яростью, вонзила иглу ему в шею, прямо в выступающую жилу. Существо издало пронзительный, нечеловеческий визг, дернулось и обернулось, его глаза-бусинки расширились от непонимания и шока. Он попытался схватитьеё, но его движения уже были замедленными, нескоординированными. Не прошло и десяти секунд, как его зрачки закатились, и он рухнул на пол с глухим стуком, словно тяжёлый мешок с костями.

Маша стояла над ним, тяжело дыша, шприц всё ещё зажатый в дрожащей руке.

— Мэри?

Голос был хриплым, неверящим. Она подняла взгляд. Кассиан лежал на койке, уставившись на неё. Его взгляд скользил по её лицу, по платью, по шприцу в её руке, словно он видел призрак, галлюцинацию, порождённую болью и отчаянием.

А потом… он рассмеялся. Коротко, с надрывом, но искренне. Звук был таким неожиданным в этом жутком месте, что Маша моргнула, не понимая.

— Знаешь, — проговорил он, всё ещё смеясь, но в его глазах стояла непролитая влага. — Я бы тебя отругал. Сурово. За то, что ты, одна, в этом кошмарном платье, каким-то непостижимым образом доползла до самого сердца ада. Но, чёрт возьми… — его голос дрогнул, — …как же я, оказывается, рад тебя видеть.

Маша тоже не смогла сдержать сдавленную, нервную усмешку. Это была истерика, спасение, шок — всё в одном.

— Взаимно, — прошептала она, отбрасывая шприц и бросившись к его койке. Её пальцы скользили по холодным, склизким на ощупь застёжкам. Они не поддавались. — Как это открывается?!

— Магия, — скрипя зубами, сказал Кассиан, наблюдая, как она пытается что-то сделать. — Скорее всего, ключ или пароль. Ищи на нём. — Он кивнул на тело гоблина.