Белль. Месть прошлого. - Ира Далински Страница 86

Избалованный деньгами и властью отца, восемнадцатилетний юнец свалил свою вину на жертву обстоятельств – на Хантера.

Хантер просто оказался не в то время и не в том месте. Он лишь пытался остановить драку между Винсентом и Ричардом, вспыхнувшую из-за пустяка.

Запись с камер видеонаблюдения была искусно смонтирована. Тот самый момент, где появляется зернистость – там и была склейка.

Ричард нанес Винсенту несколько ударов в живот. Хантер пытался помочь истекающему кровью парню, остановить кровотечение, но его обвинили в убийстве.

Суд был куплен. Астрид только начинал свою головокружительную карьеру, и ему никак нельзя было запятнать свою репутацию сыном-преступником.

Никому не известный парень из бедного района оказался идеальной жертвой. И Хантер отбыл срок длиною в восемь лет, пока Ярычев не выпустил его на свободу.

План был прост, но в своей простоте – чудовищен.

Повзрослевший Ричард все эти годы жил в постоянном страхе, ожидая того дня, когда Хантер выйдет на свободу и придет за ним. Но муж ее сестры – Джамиль Ярычев – предложил другой вариант.

Он освободил Хантера, наделил его властью, которой обладал лишь сам авторитет. Осыпал его деньгами и уважением, чтобы пустить пыль в глаза. И ждал лишь одного.

Удачного момента.

Чтобы упечь Хантера за решетку по-настоящему, на долгие годы. До конца его жизни. Потому что Ярычев был обязан защищать Астрида и его семью в силу заключенного между ними договора. Он женился на его дочери Дженни, а глава МВД в благодарность дал криминальному авторитету полный карт-бланш.

Взаимовыгодное сотрудничество на долгосрочной основе.

Но когда Хантер после освобождения немедленно приступил к осуществлению плана мести, они встревожились.

Ярый хотел все сделать плавно, чтобы Хантер погряз в преступленияхи никто не смог ему помочь, но до смерти напуганный Ричард все испортил.

Он организовал покушение, и тогда в сердце Хантера закрались первые сомнения насчет дружбы Ярого, но он даже не подозревал, что кто-то другой точит на него зуб.

Теперь же они в панике мечутся, пытаясь найти беглеца, который не только прибрал к рукам значительную часть их грязных денег, но и представляет реальную угрозу.

Миссия Блэйка как спецагента заключалась в том, чтобы упрятать Ретта Астрида за решетку за преступления, совершенные им за годы работы в МВД, но правда оказалась слишком горькой. И она такова, что Блэйка просто использовали как пешку в чужой игре, чтобы насолить неугодному чиновнику – Астриду.

Осознав их коварные планы, Блэйк отказался от операции. Не знаю, чем это обернется для него.

Но сегодня мы наслаждаемся восхитительной рыбой, выловленной из нашего моря, и не думаем ни о чем, кроме ее божественного вкуса.

ЭПИЛОГ

Пять лет минуло с того рокового ужина, словно вечность пролегла между тогда и сейчас.

Сердце, разорванное на части убийством Шона, я собирала по осколкам, словно драгоценную мозаику.

Два года – два года непрерывной скорби – и вот, в мою жизнь ворвался Томас Блэйк, бывший спецагент из отдела по организованной преступности, ставший моим спасением.

Год спустя мы обменялись клятвами верности, поженились, а еще через два года на свет явилось наше чудо, наша девочка – Хоуп, что значит «надежда». Она – живое напоминание о том, что даже в самой беспросветной тьме теплится искра света.

Она – мое все.

Что до Хантера…

Томас месяц назад открыл ему правду. Не прошло и суток, как Хантер выследил и уничтожил Ричарда Астрида. Я отстранилась от деталей его мести, но в глубине души чувствовала, что Ричард заслужил эту участь. Смерть – слишком легкое избавление по сравнению с теми годами ада, которые Хантер провел в заточении по его вине.

А после Хантер исчез, словно его никогда и не существовало. Я рада, если он в безопасности и просто продолжает жить.

Иногда, укачивая спящую Хоуп на руках, я смотрю на ее ангельское личико и думаю о Хантере. О той невыносимой боли, что ему пришлось пережить, о той кромешной тьме, в которой он был вынужден выживать. Не знаю, сможет ли он когда-нибудь по-настоящему простить Ричарда, но я молюсь, чтобы он обрел покой. Тот покой, которого он заслуживает послевсего пережитого.

Томас – моя скала, моя незыблемая опора. Он доказал мне, что любовь способна расцвести даже на пепелище самой страшной трагедии. Он чувствует мою боль, разделяет мою скорбь и понимает мою нежность к Хантеру. Он знает, что частичка моей души навсегда останется в прошлом, но любит меня такой, какая я есть. И за эту безусловную любовь я буду благодарна ему вечно.

Наша Хоуп – это наше будущее, живое доказательство того, что даже после самых темных ночей неизбежно наступает рассвет.