Жуля, я и снежный роман - Ана Ховская Страница 88

Я – злая как сто чертей, в соплях, а Парфёнов приехал, уговорил выйти… Тогда впервые признался, что любит, и предложил жить вместе. Я так обрадовалась, что не слишком-то анализировала: в один вечер собрала чемодан и съехала.

«Удачное» было решение – спрятаться от токсичной матери. Вот и результат!

Но ведь нам было весело, я же помню. Как давно это закончилось?

И не нашла ни одного ближайшего воспоминания о веселье с Вадиком, искреннем, запредельном, даже таком простом, как сегодня на прогулке: лёгком, непринуждённом, почти детском. Помню лишь своих девчонок из бригады. Вот с ними было феерично.

Вот тебе и отношения, Стрельцова… Всё, никаких компромиссов! Мне нравится моя работа! В небе всё по-настоящему и я чувствую себя прекрасно! И ни в какой офис я не пойду юбку протирать. А не найдётся парень, который будет любить меня и хотеть быть рядом без отмазок, так бракованный парашют вам всем в зубы!

— А пока… милая стюардесса поможет вам преодолеть страх полёта! – ехидно проговорила я и почесала грудку Жульке. Тот радостно взвизгнул и лизнул в нос.

Я вздохнула, стянула полотенце с головы, и, хоть после душа стало совсем слабо, появился неприятный озноб, оделась в тёплый костюм и вышла.

Сейчас мне нужно одно: чай с малиной и лимоном!

Глава 20

Глава 20

Вадика уже не было по соседству. Но его смех слышался в гостиной. Я склонилась над лестничным пролётом и прислушалась. Но, кажется, это была единичная шутка.

Я оглянулась на Жульку и приложила палец к губам:

— Тш-ш!

Малыш-шпион прижал уши, пригнул голову и стал осторожно спускаться за мной – вот умная псинка!

Только поставила ногу на первую ступень вниз перед коридором в гостиную, услышала шутливо-грозно-заботливый голос Парфёнова:

— Женюсь, ты куда? А ну в постель! Я тебе какаву несу с зефирками…

В полумраке коридора показался и сам Вадик с большой дымящейся чашкой на блюдце.

Всё успел! Сдалось мне твоё лизоблюдство!

Он стал быстро подниматься. Остановился на уровне моего взгляда и расплылся в какой-то предвкушающей улыбке.

Ой, ну что это, белая и пушистая жабка?

Я медленно моргнула, глазные яблоки будто припекло к мозгу, и постаралась сосредоточиться на лице Парфёнова. Только всё так мутно стало, что никакого чая уже не надо – прямо сплю стоя.

— В общем, у меня было время подумать… – начал он.

И неожиданно лицо Вадика пропало. Я даже проснулась, недоумённо опустила глаза и…

Чашки в руках Парфёнова уже не было, а он сам стоял на коленях с распахнутой ладонью, на ней – коробочка, красная, бархатная…

У меня аж булькнуло в груди, оттого что еле сдержала смех.

Божечки! Ты прямо без парашюта в грозу… Ну не при Иване же посылать разлюбезного. И, кажется, я в обморок рухнуть могу, подумает ещё, что от счастья…

— Прости, что-то ничего не соображаю… – протянула я, сделала очень убедительный вид, что уже ничего не вижу и ухватилась за поручень.

— Жень, выходи за меня… – не отводя взгляда, самым серьёзным тоном произнёс Парфёнов и раскрыл коробочку. А там и правда кольцо!

И где только взял? Сегодня слетал?

Снизу раздалось рычание. Я скосила глаза к Жульке, тот навострил уши и смотрел исподлобья так, будто выбирал: прыгнуть на Вадика и откусить ему нос или в чашку с зефирками нагадить, что прямо на соседней ступеньке стояла.