Анастасия. Железная княжна - Адель Хайд Страница 89

— Весь остров перевернули, но Никита, как сквозь землю провалился.

А Стася подумала: «Может и провалился…»

— Ладно, Анастасия Николаевна, — князь тяжело поднялся со стула, на котором сидел. Все главы родов имели право сидеть в присутствии великих князей, — прошу вас тоже организовать поиски.

— Конечно, Алексей Никитич, уже ищем, — это была правда, Анастасия уже дала поручение и Фёдору и Григорию Демидову, — князь Никита и мне не чужой человек.

И никто не заметил, как Фёдор Троекуров вздрогнул.

Глава рода Урусовых поблагодарил, попрощался и ушёл, тяжело ступая, но с прямой спиной, а Фёдор Троекуров спросил:

— Что думаете, Анастасия Николаевна? Куда мог пропасть Никита?

— Ты же помнишь, Фёдор, что перед тем, как мы переместились, место Никиты занял князь Голицын?

Фёдор Троекуров кивнул.

— Не думаете ли вы, что князь Голицын ушел, а Никита не вернулся?

— Или что-нибудь повредилось, менталистов бы нам, — сказала Стася

— Это да, — подтвердил Фёдор Троекуров, — только сначала надо найти Никиту.

* * *

Никита Урусов открыл глаза, надо ним был белый потолок с какими-тостранными артефактами света, словно впаянными в потолок, причём потолок был низкий, такой обычно в домах у бахов, или в недорогих доходных домах.

Тело ощущалось странным, будто бы не его, хотя Никита и чувствовал, что ноги вроде бы были на месте, как и руки.

Приподнял голову, осмотрелся, он лежал в каком-то странном месте, помещение было небольшим, несколько напоминало лекарские кабинеты, но вместо светящихся разным цветом стихийных магических артефактов, стояли какие-то странные аппараты, а от них шли провода, который были прилеплены, к его рукам, голове.

Князь сорвал эти странные шнуры, и приподнялся, аппараты вдруг начали мигать и послышались странные звуки. Спустя несколько мгновений такая же белая, как стены и потолок, дверь распахнулась и вошла высокая, стройная, в синих штанах и такой же синей рубахе, девица.

Лицо у неё было озабоченное, но увидев, Никиту, она ахнула и выскочила обратно за дверь.

Никита решил не дергаться, становилось всё интереснее и интереснее. А ещё он обратил внимание, что руки вроде бы его, а вроде и нет. Он встал, на нём была какая-то странная рубаха до колен, под ней на нём ничего не было.

Дверь снова распахнулась:

— Никита Алексеевич, — сказал вошедший высокий мужчина в такого же цвета, как и у девицы до этого штанах и рубахе, — присядьте, я вас посмотрю.

Никита спросил:

— Где я?

Голос у него был хриплым, таким, как будто бы он давно им не пользовался.

— Вы здесь у нас в палате интенсивной терапии, в институте Травматологии и Хирургии, я ваш лечащий врач, Свиридов Евгений Иванович, — спокойно ответил … доктор

Никита сел, потёр руками лицо, осознавая, что ничего из того, что ему сказал этот странный доктор, он не понял, поэтому произнёс:

— Я кажется, не помню, что со мной произошло.

— Что вы помните последнее? — спросил доктор, — вы помните взрыв?

Никита помнил, но это было не последнее, последнее что он помнил, это было белое, будто восковое лицо его княжны, и боль.

— Взрывы, огонь, гарь, дальше как будто меня перемололи… — произнёс Никита.

Доктор кивнул:

— В общем-то да, Никита Алексеевич, ваш автомобиль взорвали, но вы каким-то чудом выжили. Вас выбросило из автомобиля, и вот уже месяц вы находитесь здесь, в коме.