Искренне. Безумно. Навсегда - Л. Дж. Шэн Страница 89

— Знаю, знаю! – в негодовании воскликнула Дилан. – В третьем триместре женщина имеет полное право вздремнуть. Нужно везде это принять за норму!

В поле зрения показался Придурок. Он уставился на колеса и почесал шею.

— Вот блин, приятель. Этим шинам капец.

— Ты всегда говоришь очевидные факты? – выдавил я.

Киран невозмутимо пожал плечами.

— Обычно нет. Я чертовски сексуален и вот-вот стану миллиардером. Мне можно быть тупым как пень, и я все равно буду всем нравиться.

— Неправда, ты очень смышленый. Уверена, ты сможешь сказать Роу то, чего он не знает, – подбодрила его Дилан с мечтательной улыбкой. – Попробуй.

— Перед тем, как Алекс Фергюсон возглавил «Манчестер Юнайтед», «Астон Вилла» был более успешным клубом. Этого ты точно не знал.

— Я – нет! – пропищала Дилан. – А ты, Кэл?

— Нет, – оживилась та. – Ты знал, что с Амелией Эрхарт перед ее пропажей был еще один пилот? Его звали Фред Нунан.

— Я знала, знала! – пощелкала пальцами Дилан. – Он был красавчиком.

Эта тупая порча имущества меня не устраивала. Как бы ни злились горожане.

Кто мог это сделать? Рэнди. Рэнди мог и сделал бы. Он был моим самым ярым противником в городе и многое мог потерять, если сделка выгорит.

— Какую скучную фигню вы болтаете. – Я повернулся и зашагал по Мейн-стрит. – Скоро вернусь.

— Эй, ты куда? – окликнула Дилан.

— Заготовил удар исподтишка для одного Рэнди. – Он сейчас ел свой унылый обед по скидке в кафе «У Далии». По четвергам Рэнди и Лайл всегда собирались там.

— Роу, нет! – взвизгнула Дилан. – Что ты задумал? Ему же тысяча лет!

— Ты даже не уверен, он ли это сделал, – напомнила мама, но с каждым метром ее голос становился тише.

Сейчас мне уже было плевать. Кто-то покушался на меня, и мне нужно отомстить. Когда-то очень давно я уже был боксерской грушей.

Но больше не буду, никогда. Урок усвоен. Теперь я всегда бью в ответ, причем в два раза сильнее.

Они кричали мне вслед, пока я мчался по улице мимо продуктового магазина Рэнди, автомастерской и сувенирной лавки, куда с девяносто восьмого года не захаживала ни одна живая душа. Кафе «У Далии» предстало передо мной во всем своем скромном виде. Неоново-красная крыша, стеклянные кирпичи и красная дверь с прибитой табличкой «открыто». Крышу украшали рождественские гирлянды, которые то вспыхивали, то снова гасли. Я увидел через окно Рэнди. Он сидел в углу и ковырялся в пироге с подливкой. Я уже хотел распахнуть дверь и вырвать ему внутренности, как вдруг за спиной прокричали:

— Не смей открывать дверь, Эмброуз Ретт Касабланкас!

Кэл.

Я остановился, держа ладонь на дверной ручке, но не стал поворачиваться.

— Возвращайся к своему дружку, – процедил я, вспомнив, что она пришла с Придурком.

— Ты же не знаешь наверняка, что это сделал Рэнди. А даже если и так, он уже пожилой джентльмен, который до смерти боится потерять единственный источник дохода своей семьи. У тебя вообще есть совесть?

Я не удостоил ее ответом.

Кэл вздохнула:

— Ладно. А что же сердце, оно у тебя есть?

Да, и тебе нужно держаться от него далеко-далеко.

Ее слова влетели в одно ухо и вылетели из другого. Но прикосновение пальцев между моих лопаток я заметил. Нас разделяли куртка и хенли, и все же, когда она дотронулась, моя кожа зазудела, оживая. Странное ощущение. Я словно очнулся после долгого сна.