Развод в 45. Найду моложе! - Ксения Хиж Страница 89

Жора снова поджимает губы, потом отчитывается о пожаре и его последствиях, а затем обнимает меня, когда Ольга подходит к нам и чирикает:

— Пройдемте на веранду? Там удобные кресла.

— Мы пас, — торопливо отвечает Жора. — Уже уходим.

— А эта дама- кто? — нагло спрашивает толстяк. И меня коробит.

— Таисия. Моя женщина. Возлюбленная.

Голос Георгия тверд. Мое лицо камень. Лицо Оленьки — маска скорби и ненависти, а ее отца — острого удивления.

— Вот это поворот! — выдавливает он. Качает головой, смотря на Жору и взгляд его синих глаз становится ледяным.

Для пущего эффекта порицания и запугивания не хватает только крокодильих слез его дочери.

— С фермой решим, — произносит толстяк хмуро. Хотя ничего решать не просили. — Всего доброго тогда, Георгий. И вам. Дамочка! Оленька, дочка, идем!

Оля кивает нам и семенит вслед за папашей. Жора крепче сжимает мою руку.

— Мстить будут! — усмехается. И я не пойму — серьезно он или так шутит.

Идем на выход. Он как ледокол рубит толпу надвое, пробираюсь за ним следом.

— Ты очень мило общалась с бывшим! — произносит вдруг, когда подходим к воротам сада.

Улыбаюсь зачем-то. В его голосе ревность?

— Он решил вспомнить прошлое!

Моя ладонь в его руке. Снова чуть крепче сжимает.

— А ты?

— А что я?

— Тоже? — оборачивается, останавливаясь на мгновение у живой изгороди. И в глазах его смятение и вопросы.

— Ты что ревнуешь? — смеюсь. Тычу в его плечо пальчиками. Как девчонка. — Ну Жора?

— Ну что? — хмыкает. — Вы же разводитесь? — вновь тянет меня за собой. И мы идем, не разжимая сплетенных пальцев.

— Конечно! — фыркаю, задыхаясь. — Спрашиваешь!

— Хорошо. — Кивает облегченно. — Не хочу отношений пока ты в браке. Это неправильно. Точнее ты моя, у меня к тебе чувства, но ваш гештальт не закрыт. — Пожимает плечами, вздыхая.

Я молчу. Думаю о сказанном.

Отношения!

Нравлюсь!

Быть может, любовь?

Без сомнения это она!

Мое сердце трепещет, совершая кульбит. Я рада. Я, пожалуй, даже счастлива, но в то же время на душе какая-то печаль и тоска, некое чувство вины. Наверное, он прав. Мне нужно поставить точку там, чтобы открыть путь для нового.

Мы отходим на приличное расстояние от сада, вход и охрана остались позади. Георгий вызывает такси, и мы останавливаемся под пушистой пальмой у дороги.

— Ты мне так нужна, Тая! — выдыхает порывисто и утыкается носом в мою шею. Тянет запах моей кожи, и я содрогаюсь от мурашек. — Очень! И я тебя никому не отдам!

Глава 32

Его слова еще долго звучали в голове набатом, и у меня даже давление поднялось. То, что Георгий настроен решительно понимала, сидя в такси, уверилась окончательно, когда вечером, сидя на террасе ресторана он преподнёс мне цветы и бордовую шкатулку с маленькой розочкой.

— Георгий! — выдохнула я потрясенно, уже догадываясь что там может быть. Конечно же драгоценности! — Зачем ты? Ох!

— Таисия, — произносит строго, глядя в глаза. — Позволишь?

Киваю. Замерев и задержав дыхание открываю шкатулку и закусываю губы.

Петр дарил мне украшения в последний раз лет десять назад — и то, что-то незначительное — кулончик. И это на юбилей!

А здесь просто вечер. Сочи. Ресторан. Не могу даже сказать, что свидание, а передо мной на бархатной подушечке лежит колье. Из золота. С бриллиантовой капелькой. И капелька эта почти в карат.