Опороченная невеста в наследство - Анастасия Астахова Страница 9

Только леди в моем отчаянном положении.

— Тогда расслабьтесь и пустите меня в сокровенное местечко между вашими прекрасными ножками. Я хочу сделать вам хорошо. Хочу, чтобы вы наслаждались каждой минутой, проведенной со мной в этой комнате.

Сгорая от стыда, я заставила себя послушаться, и расслабила ноги...

Его пальцы в мгновение ока проникли между ними. Мне казалось, что теперь я совсем раскрыта перед ним. Одной рукой я держала юбки, другой опиралась о его плечо. А опора мне понадобилась! Пальцы дангарца погружались глубоко между складками моего лона, прикасались к тугому входу внутрь, скользили вверх-вниз, и все это время, подняв голову, он смотрел мне в глаза, пока я тяжело дышала и хватала раскрытым ртом воздух.

— Уже лучше, — улыбнулся мужчина. — Чувствуете, леди? Здесь стало влажно.

Он вдруг, словно дразня, прихватил пальцами бугорок, венчающий складки, и я выдохнула со стоном, тотчас от стыда прикрыв себе рот ладонью.

— Похоже, ваш муж не балует вас ласками, леди, — сказал дангарец, глаза его потемнели, а во взгляде впервые промелькнула серьезность. — Вы так искренне реагируете, что мне становится трудно быть терпеливым с вами.

— А вы, похоже, здесь постоянный гость, — не отводя ладонь ото рта, парировала я. — У вас, наверное, было множество любовниц.

Пальцы дангарца замерли.

Несколько мгновений он смотрел на меня задумчиво, потом ответил:

— Вы поверите, если я скажу, что пришел сюда впервые?

— Не похоже, — заметила я недоверчиво.

Он улыбнулся, но как-то невесело.

— Та, кого я люблю, выходит замуж, леди. Но не за меня. Я пришел сюда, чтобы забыть ее в объятьях другой женщины. Вы поможете мне?

— Ох, — только и смогла сказать я.

Он тоже пришел сюда не просто развлекаться,как и я? Хочет избавиться от душевной тоски, потому что его любимая женщина выбрала другого мужчину?

В этот момент я даже прониклась дангарцем, и мне показалось, что это сблизило меня с ним.

Он какое-то время с интересом изучал мое лицо, и печаль в его улыбке сменилась весельем.

— Вы посочувствовали мне, леди? Я тронут.

Оставив теплый след от поцелуя на моем животе, он поднялся и подхватил меня на руки. После чего уложил на постель.

— И обещаю сделать эту ночь для вас незабываемой, леди, — понизив голос почти до шепота, произнес он, нависая надо мной.

В его глазах разгорался огонь страсти, и я подумала:

«Ах, да, это то, чего я хотела!»

Он раздевал меня и просил раздевать его. Нет, не просил — велел. Властно, твердо, но не грубо — как будто хотел вовлечь меня в рискованную, но сладкую игру, сделать соучастницей нашего тайного порока на двоих.

В первые минуты я стыдилась своего обнаженного тела, но дангарец быстро заставил меня забыть стыд, превратив его в наслаждение.

Его язык заставлял мои соски сжиматься и набухать от возбуждения. Его руки исследовали мое тело, сжимали грудь и ягодицы, словно чтобы выяснить, насколько идеально мои округлости могут лечь в его ладони. А когда он широко раскинул мои ноги и накрыл ртом мое лоно, меня поглотила лавина.

Я выгибалась под его губами и движениями языка, которые казались мне такими развратными, но так нравились! Стонала, вцепившись руками в его волосы, пока тугой комок сладострастия внизу моего живота не взорвался, растекаясь по телу жаркой истомой.

— Какая же ты отчаянная, леди, — хрипло прошептал он, прижимая мои руки к подушке над головой и пристраиваясь между моими бедрами. — Как будто хочешь взять от меня все прямо сейчас.