Верните мне мужа! - Ольга Рог Страница 9

— Белка, так я не ошибся? Мальчик этот от меня? — он вскочил, двинув локтем, сметая с края ее стола папки. Они кучно упали на пол. Из некоторых выпали неприкрепленные листы…

— Не трогай, я сама! — взвизгнула Евдокия, пытаясь его оттолкнуть. Белевский может заметить то, что не предназначено для его глаз. Дело Нателлы лежало в середине кучи… И все же.

В какой-то момент пальцы их соприкоснулись и оба вздрогнули. Две склоненные рядом головы неминуемо повернулись друг к другу лицами.

— Белка, у тебя на месте родинки у края губы, едва заметный шрам. Зачем ты убрала мою любимую точку? Тебе так шло…

Интимный шепот пробирался под кожу, поднимая волну давно забытой реакции на этого жестокого красавчика.

— Не должно быть во мне ничего твоего любимого, Олег. Поэтому убрала лазером. Процедура не сложная, — она смотрела ему в глаза, успевая загребать себе побольше папок. Одной рукой прижав собранное, другой пыталась вытянуть из его лап остальные.

— Но ребенка оставила, Дусь… Димка — хорошее имя, мне нравится. Я обязательно познакомлюсь с ним поближе.

— Белевский, ты меня слышал? — она одним рывком выдернула документы и приобщила к остальным, обхватив их двумяруками и прижав к груди. Вытянулась, и сделала шаг назад, подальше от вкусно пахнущего мужчины. — Сына тебе не видать, пока не разберешься со старыми долгами… И вообще! Ты отнимаешь мое время. У меня скоро клиент.

Глава 7

Олега переклинило. Это был даже не диссонанс, а ступор.

Зашел в контору, которую собирался разнести по кирпичику и понял: Это она! Женщина, что стала наваждением и незаживающей раной в сердце. Такая, до боли знакомая и чужая. Предавшая его. Превратившая мечту в стыд и постоянные насмешки от отца…

«Выбрал себе неровню, да еще аферистку» — любил повторять Белевский — старший.

Новость о сыне забилась куда-то между резко исчезнувшей болью и неким блаженством, что его отпустило. Состояние, как у хронического пациента, жившего много лет с болью… И вот качает на волне забвения. Рядом с Евдокией не хотелось ни о чем думать, сгрести ее в охапку, прижаться и долго-долго не выпускать, получая подзарядку. Не думать ни о чем. Не помнить, что она натворила.

«Чертова ведьма» — ворчал Олег, которому пришлось отступить… Уйти, чтобы навсегда в ее жизни остаться. С какой уверенностью Ахова поставила ультиматум: «Хочешь видеться с сыном? Разберись с прошлым!».

Черт возьми, так не поступают люди, виновные в преступном умысле, не отсылают искать доказательства своей… Вины? Или оправдания?

Олег стоял у своей тачки, сжимая ключ в руке. Обвел заснеженную улицу мутным взглядом. Грязный серый настил припорошило белым чистым тонким слоем. Коммунальщики сбивали сосульки с двухэтажного исторического здания: один на подъемнике орудует палкой, второй матом внизу комментирует падающий и разбивающийся на осколки лед. Следующим стояло кафе с яркой неоновой вывеской, о котором говорили сыщики, куда собрались с Димкой.

Карательная операция, где Белевский вытряхивает душу из хлипких недоносков, следивших за ним, отменялась. Нужно хорошенько приглядеться к двоим странным парням нетипичной внешности: лысый без шапки и с серьгой в одном ухе пират и второй, с умными глазами.

Сделав шаг в сторону «Сладкоежки», Белевский одумался. Покачал головой. Уж в чем, в чем, здесь Дуся была права. Решать что-то нужно с тем болотом, в котором увяз по уши. Брак свой с Нателлой, превратившийся в фарс, пора заканчивать.