Уйти, нельзя остаться - Юля Горшкина Страница 9

Глава 6

Марго После вчерашней ночи, я еще больше запуталась в своих чувствах. Я не понимала, почему секс с Елисеем такой яркий. Я никогда не испытывала такого желания, до дрожи в коленях. Просто идеальная физическая совместимость. Как такое возможно? Помимо этого нас связывало понимание с полуслова, бесконечные разговоры обо всем на свете. С другой стороны Влас: такое нежное, романтичное чувство. При виде Власа мое сердце ускоряет темп и готово выпрыгнуть из груди к его ногам. Заступая на очередное дежурство, я никак не ожидала увидеть объекта моих грез. Влас не спеша шел по коридору, оживленно беседуя с молодой медсестричкой. Она глупо хихикала ему в ответ. Какого черта он здесь делает? Решил тоже попрактиковаться? — Привет, — он сдержано кивает мне головой, проходя дальше по коридору. Я в бешенстве, еще вчера признавался мне в любви, пел романтические баллады, а сегодня флиртует с другими девушками. Интересно, он нарочно решил практиковаться в больнице, чтобы портить мне настроение. А дальше меня просто завалили работой: внутримышечные и внутривенные инъекции, постановка катетеров. Уставшая, без задних ног я поплелась в комнату для персонала, чтобы подкинуть в себя дозу кофеина для восстановления энергии и перевести дух. Заварив чашку бодрящего напитка, я удобно уселась на диване, прихватив свою любимую книжку в мягкой обложке «Записки врача» В. В. Вересаева. Эта потрясающая книга, написанная примерно столетие назад, актуальна и по сей день. — Записки врача. Ты читала ее раз 10, - с улыбкой отметил Влас, протягивая мне плитку горького шоколада. Я удивленно смотрю на парня, принимая шоколад из его рук. — Спасибо, — прошептала я, откладывая книгу в сторону. — Бабуля из 10 палаты, сказала, что это был лучший забор крови в ее жизни, Удивительно, но я с первого раза попал, не смотря на труднодоступные вены, — смеясь, сказал Влас, заваривая себе крепкий зеленый чай. — Она, наверное, была сражена наповал твоим обаянием, — засмеялась я — Почему ты решил подрабатывать в клинике? Ты говорил, что это не для тебя. — Все меняется, — Влас сел вплотную ко мне. — И что же поменялось теперь? — Ты… - Я? — Я хочу быть ближе к тебе, — прошептал Влас мне на ухо. Мое сердце громко бухает так, что, кажется, его удары разносятся эхом по маленькому помещению комнаты отдыха. — Влас, ничего, что я девушка твоего брата… — пытаюсь я напомнить скорее себе, чем сидящему так близко ко мне Власу. — Ты поторопилась, так бывает… — А если нет? — Ты хочешь сказать, что любишь моего брата, поэтому твое тело так ярко реагирует на мои прикосновения? — теплая ладонь Власа по-хозяйски ложится мне на талию, плавно ведет по бедрам. В крови искрит гормональный коктейль из чувств и эмоций. Я как завороженная смотрю в его колдовские глаза, казавшиеся мне черными. От будоражащего аромата его мужского тела, в низу живота накапливается жар, волнами расползаясь по телу. Я пытаюсь собрать остатки здравого разума в кучу. Влас впивается в мои губы жестким поцелуем. Его ладони уверено гуляют по моему телу: грудь, талия, бедра. Я сгораю от его прикосновений. Я не могу надышаться им и его мужским запахом. Я отвечаю на его прикосновения, на его сладкие поцелуи. Я хочу большего. Его без остатка.

Теплая рука проникает мне в трусики, нащупывая клитор. От прикосновения к заветной точке, я забываю, как дышать. Мое тело трясет, как чумное. «Это безумие нужно прекратить, пока никто не увидел, пока не узнал Елисей, пока…» Хаотичные мысли, мои тихие стоны. Все неправильно. Все должно быть не так. Я нахожу в себе остатки самообладания и отталкиваю Власа. Влас с непониманием смотрит на меня. Помолвочное кольцо жжет палец, я не могу так непорядочно поступить с Елисеем. Этот мужчина спас меня, когда я буквально умирала после тяжело расставания с Власом, поддерживал, оберегал и ценил. Нужно сказать честно о своих чувствах, и только потом сгорать в объятиях любимого парня. — Что случилось? — непонимающе смотрит Влас. — Сначала нужно объясниться с Елисеем. — Это убьет его, — печально подтвердил Влас, взяв мои руки в свои. — Я знаю… Но, это гораздо честнее, чем обжиматься по углам и делать вид, что так оно и должно быть. — Когда поговоришь с ним? — Я не знаю, — с грустью ответила я. Понимая, что мне придется причинить боль самому близкому человеку. Я не хотела идти против себя и своих чувств к Власу. Я люблю Власа. И это взаимно. Выбор сделан. Елисей Я подъехал к зданию больницы. Припарковав мерс, я заглушил мотор. Марго должна скоро закончить смену. Я хотел встретить девушку, чтобы поцеловать ее. Сказать, как сильно я скучаю по ней. Марго вышла из здания в сопровождении коллеги медсестры. Они увлеченно о чем то беседовали. Я невольно улыбнулся. Марго такая красивая. Нежная улыбка светилась на ее лице, васильковые глаза излучали спокойствие. Я вышел из машины, направившись навстречу девушке. Марго заметив меня, удивилась или даже испугалась. Я подошел к ней ближе, запечатлев на ее губах короткий целомудренный поцелуй. Быстро попрощавшись с коллегой, мы двинули в сторону припаркованного авто. Расположившись на сидении, Марго молчала. И эта тишина меня насторожила. Я не мог понять почему. Я включил музыку. Кажется, играл трек Bonobo — The Keeper. Впервые мне захотелось заглушить непонятно откуда взявшееся чувство тревоги. Тревожность стала осязаемой, и я почувствовал мурашки, бегущие по моей коже. Я потянулся губами к губам Марго. Она не ответила на мой порыв. — Марго, что случилось? — сердце тревожно заныло. — Нам надо расстаться… — Это шутка? Марго, я люблю тебя… Я не узнавал свой голос. Мне, казалось, из моей груди резко выкачали весь воздух. Атмосфера стала плотной. — Мне нелегко о таком говорить. Ты не заслуживаешь такого отношения к себе… — Марго Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ! — чеканил я каждое слово, чтобы до нее наконец-то дошло, что мне нужна только она одна. Чтобы не произошло. В голове шумело. Любимая мелодия стала раздражающей. — Елисей… — она затравлено посмотрела мне в глаза. — Я все исправлю. Вместе мы все преодолеем, чтобы не случилось, — как молитву шептал я, взяв ее за руки. — Я люблю Власа. Я хочу быть с ним… Шок. Полный шок. Все было хорошо. Как? Когда? Когда брат встал между нами, а может он все время находился с нами, в нашей постели, в ее мыслях? — И когда ты это поняла? — упрямо спросил я, не веря в услышанное. — Всегда понимала… Прости меня. Ее глаза наполнились слезами. Я завел мотор.