Камеристка - Дина Зарубина Страница 92

— Вот как? Граф, что за милая семья, из которой вы взяли себе супругу со столь затейливыми качествами?

— Тессера, ваше величество, — выдавил граф. — Тесть неплохо мне заплатил, чтоб я женился на их непраздной дочери.

— Тессера? Мм-м, бароны из Кэльмета? — Проявила поразительные познания принцесса. Знать благородные рода чужой страны, вплоть до баронов!

— Это младшая ветвь, из Андама, — уточнил граф Левенгро.

— Вы сестры, Мира?

— Сводные, ваше высочество. Ни капли общей крови. Рута дочь от первого брака леди Гизеллы. Я дочь Джонатана Тессера, тоже от первого брака.

— Благородство у вас крови, Мира, это чувствуется. Ваше сиятельство, вы объясните супруге, что шуметь, когда в доме уставшие с дороги гости королевскойкрови — нехорошо. О вас пойдет дурная слава. Вставайте, миледи. И запомните, называть кого-то ведьмой при мне — верх неприличия! Манкойская черная ведьма — это я, не смейте принижать мою жестокость и коварство!

Рута, вздернутая с пола рукой графа, что-то невнятно булькнула.

— Простите, ваше высочество! Больше не повторится! — заверил граф Эрнан.

— Надеюсь, больше вопросов к даме измоего окружениянет? — Эбби величественно развернулась, сделав знак идти за ней.

Понятливые стражники исчезли бесшумно и незаметно несколько минут назад. Граф кланялся и бормотал извинения, придерживая жену за шкирку,

— Вы великолепны, ваше высочество! — Искренне сказала я в коридоре. — Благодарю вас.

— Да, родственники — это зло, с которым трудно бороться, — кивнула принцесса. — Но необходимо, иначе сядут на шею. Идемте, Мира. Поболтаем перед сном.

Принцессе предоставили лучшие покои в замке. Самые просторные точно. Большая приемная, гостиная, кабинет, из гостиной просматривались двери нескольких спален.

— Попрошу принести взвар, — принцесса тряхнула колокольчик. — Давно у вас нелады с родственниками?

— Мы прекрасно ладим, — заверила ее. — Чудесно! Просто существуем отдельно. Я сбежала из дома после свадьбы Руты, мачеха хотела меня привязать к ней магической клятвой вечного служения.

Эбби фыркнула, оценив широту замысла.

— И как удалось избежать столь жалкой участи?

— Мне помог патер Лорингейна. У них своя, храмовая магия, только они не признаются.

Одна из внутренних дверей приоткрылась. Выглянула симпатичная девушка в домашнем платье из мягкой тонкой шерсти.

— Леди, — я встала и вежливо поклонилась.

Она смотрела на меня и застенчиво улыбалась, накручивая локон на палец. Что?

— Лили, она тебя не узнала! — Эбби захлопала в ладоши.

— Лилиан?! — Я не поверила своим глазам. Ровная чистая кожа, никакой отечности и ярко-розовых рубцов. — Это просто чудо! Ты красавица!

Несколько минут мы с визгом обнимались и прыгали, как дети. Потом повалились на диван. Эбби сбросила туфли, устроила голову на колени Лилиан и болтала ногами в воздухе, лежа на диване.

— Конечно, чудо! Целитель в Мирто-Майне ужасно ругался. Сказал, что если бы Лили сразу попала к нему, залечил бы все за три дня. — Проворчала Эбби.

— Но он очень хвалил твой золотой шлем,Мира, и выпросил его себе. — Улыбалась Лилиан. — Сказал, что такой артефакт ему просто необходим для сложных случаев застарелых травм лица и головы. Очень тонкая работа!

— Я рада. Девочки, я так рада! У меня даже сердце колотится.

Эбби тут же подняла голову и всмотрелась в мои зрачки. Взялась за запястье.