Любовь цвета клубники - Лия Джей Страница 92

— А белые халаты тут только девушкам выдают?

Ника усмехается и нажимает на кнопку третьего этажа.

— Я здесь не просто посетитель. Это я забирала Аленку на скорой. То есть не совсем я… Мы с командой. Она написала, что плохо себя чувствует. Тошнит, голова болит. Я сразу поняла, что с сахаром проблемы. Родителям звонить времени не было. Они бы с работы все равно так быстро не смогли уйти. Пришлось убеждать врача выехать по адресу. Вообще, без вызова мы не должны так делать, но я объяснила, что там ребенок один в квартире…

— Подожди, ты врач? – Я удивляюсь.

Ника приглаживает кудри. На фоне белого они пылают, как настоящее пламя.

— Пока я просто девочка на побегушках с неоконченным средним профессиональным образованием. Мы в колледже сейчас проходим практику. Вот и катаюсь на скорой.

Двери лифта раскрываются, и мы выходим на этаж. Здесь пахнет хлоркой и затухшей тряпкой.

— По помытому, –бурчит уборщица, гневно тряся шваброй.

Видимо, это какое-то русское ругательство.

— Ты ничего не рассказывала про учебу.

— Не люблю ее, вот и не рассказывала, – бросает Ника из-за плеча, пока мы ищем нужную палату.

— Почему не любишь? Это же ведь здорово – быть врачом. Спасать жизни.

Ника тянется к ручке двери, но прежде, чем открыть, оборачивается и бросает мне:

— Спасать – здорово. Видеть, как люди умирают, – не очень.

Ее взгляд вмиг тяжелеет. Хочется расспросить, что именно видели ее грустные глаза, но я не успеваю этого сделать. Ника открывает дверь, и из угла палаты слышится звонкий голос Аленки:

— Луи!

Она порывается встать, но Ника останавливает ее.

— Тихо-тихо! У тебя же капельница.

Подойдя ближе, она поправляет трубки, которые тянутся от руки Аленки к пакетику с полупрозрачной жидкостью.

— Луи, сядешь рядом?

Алена строит милую мордочку, и я улыбаюсь. Присаживаюсь на край койки, и Аленка толкает меня кулаком в плечо.

— Ты чего задумчивый такой? Как будто задачку по физике решаешь?

— Не по физике, но задачка одна есть, да. – Я задумчиво приглаживаю волосы, поглядывая на Нику, а после треплю Аленку по волосам. – Завтра открытие ресторана.

— Жаль, что я не смогу попробовать ничего из меню. Врач сказал сидеть пару дней на особой диете. – Аленка закатывает глаза.

— А родители придут?

— Вряд ли у них получится. Они завтра допоздна в школе. Решают какие-то суперважные дела, которые накопились, пока они были в отъезде. Спасибо, хоть сейчас их отпустили. Мама звонила, сказала, скоро подъедут. А вообще, Ника, я думала, мы с тобой пойдем.

Я перевожу взгляд на Нику. Она колупает красный лак на ногтях.

— Ты придешь?

Ника поднимает глаза и наконец пересекается со мной взглядом. Какая же она красивая: эти пышные ресницы, веснушки, рыжий завиток на лбу.

— Только если ты этого хочешь.

— Хочу.

Вспоминаю наш разговор перед первой дегустацией блюд. Он звучал так же. И к чему это привело?

Мы поцеловались.

Говорят, история циклична. Проверим.

Когда в палату влетают Фроловы с охами-ахами, огромным плюшевым медведем и связкой гелевых шариков, Аленка переключается на них, и мы с Никой остаемся вдвоем. Выходим из палаты и бредем по коридору в сторону лифта. Уборщица снова что-то недовольно бубнит нам вслед. Дождавшись, пока двери скроют нас от посторонних глаз, я делаю то, о чем мечтал все эти пять дней.