Принцип неизбежности - Алина Аркади Страница 95

Закрываю глаза и откидываю голову, всё ещё чувствуя движение рядом, но затем под ногами ощущается нечто твёрдое, а настойчивая тряска приводит в себя.

— На меня смотри! – Попытка сфокусироваться на лице мужчины провалена с крахом. – Стой! Просто стой и не двигайся.

Замираю на месте, прищуриваюсь, осматриваясь и не понимая, куда попала. Вокруг зеркала, где на меня смотрит какая-то девушка в золотом платье. Это я… Пространство напоминает замкнутый восьмиугольник с ярким светом над головой. Медленно поворачиваюсь, стараясь не рухнуть на пол, не увидев выхода и людей. Никого.

— Последний лот! – разносится эхо. – Анна Островская! Начальная ставка двести!

Слух улавливает едва слышимые короткие звуки, и в какой-то момент кажется, что за преградой из зеркал мигают красные точки. Или это последствия действия препарата?

— Пятьсот. Кто больше? – снова голос. – Семьсот! О-о-о, миллион!

Миллион чего? Рублей, долларов, евро, юаней? В какой валюте аукцион?

— Миллион двести! Четыреста!

— Повернись, – шипение над ухом, не успеваю среагировать, и меня разворачивают в другую сторону.

И вновь я в одиночестве, застыла в комнате из зеркал. Трясу головой, надеясь, что это вернёт способность управлять своим телом, но попытки тщетны.

— Миллион семьсот! Восемьсот! Два! – взвизгивает руководитель торгов. – Кто больше?

Тишина. Красные огоньки пропадают, а голос больше не слышен.

— Продано за два миллиона!

Меня купили. Вот так просто и быстро. Или небыстро? Не могу сориентироваться по времени, то и дело проваливаясь в марево. В следующую секунду меня приподнимают и вновь несут. Коридор, ступени, лифт, вновь коридор, дверь. Тело принимает горизонтальное положение, а проведя ладонью рядом, понимаю, что уложена на шёлковые скользкие простыни. Скорее всего, здесь и произойдёт всё, что описала Пахомова.

Бежать… Сознание бьётся яркой мыслью, осуществить которую я не в состоянии. Шаги, отрывающаяся дверь, несколько мужских голосов. Приблизившись, две фигуры нависают надо мной.

— Это, блядь, что?

— То, что вы купили. У нас лучшие апартаменты для важных клиентов. Всё, что пожелаете, только скажите. Через десять минут принесут ужин и напитки, остальное по вашему запросу, – щебечет молодой голос, вероятно, желая угодить тому, кто отдал за меня кучу денег.

— Я этот кусок мяса как ебать должен? Девка должна быть в сознании. Что ей дали?

— Немножко успокоили. Горячая, непокорная, страстная – она обязательно вас удовлетворит. Вы не пожалеете, что приобрели её. Обещаю, – лепечет голосок.

— Да, если очухается. За какой хер я кучу бабла вывалил? – Рык заставляет дёрнуться даже меня.

Звуки отдаляются, перемещаясь в коридор, а через время молодой возвращается.

— Она полностью придёт в себя через два часа. Но вы можете остаться здесь и дождаться…

— Мне обещали отменный товар, а по факту я получил невменяемую бабу, которая будет вряд ли на что-то способна в ближайшие несколько часов! – Покупатель злится, повышая голос. – Я её забираю.

Меня подхватывают и перекидывают через плечо, чтобы начать движение.

— Вы не можете… Вы… Приказано, чтобы вы здесь остались. Что я скажу… Номер приготовили специально для вас. Обо всём позаботились, всё предусмотрели…

— Я. Её. Купил.

И то, с какой интонацией выплюнуты эти три слова, не оставляет сомнений – спор окончен. Размашистые шаги отдаются гулом в ушах. Раскачиваюсь на его плече, в какой-то момент ощущая, как подступает тошнота, вероятно, являющаяся побочным эффектом введённого вещества. Мужчина не останавливается, уверенно двигаясь в выбранном направлении, а затем слышу характерный сигнал лифта. И, пока позволяют освещение и ставшее более чётким зрение, разглядываю кипенно-белую рубашку, в которую упирается мой нос. Следом затягиваюсь тяжёлым приятным парфюмом, отмечая дорогой насыщенный аромат. Не знаю, кто он, но страха не испытываю, или же он заглушён и пока не проявил себя в полной мере.