Сердце на льду - Анна Эйч Страница 95

Не выдержав больше этой бесконечной прелюдии в духе девятнадцатого века, я резко впиваюсь в его губы, не давая закончить фразу. Они горячие и мягкие, на привкус как… О Боже! Как взрослый мужчина, рядом с которым я постоянно чувствую не прекращаемое давление между ног.

Максвелл на секунду теряется от моей неожиданной смелости, но затем, слава небесам, отпускает себя на волю инстинктов. Он крепко подхватывает меня на руки и усаживает на высокий стол. Холодная поверхность мрамора контрастирует с жаром моего тела.

— Ты сводишь меня с ума, Зефирка… – бормочет он, словно в бреду, запуская горячие ладони под мою футболку.

От его прикосновений я как оголенный провод искрюсь, извиваюсь, горю от удовольствия. Я запрокидываю голову назад и закрываю глаза, полностью отдавая ему контроль над собой. Как я вообще могла подумать, что позволю прикоснуться к себе кому-то другому, кроме Курта?

Он словно создан для этой роли, и даже если всё закончится на одной единственной ночи – я никогда о ней не пожалею.

Глава 26. Хочу быть последним

Курт.

Я никогда не хотел обладать кем-то всерьёз и надолго. Мне всегда хватало одной ночи – краткосрочной аренды чужого тела. И уж точно не думал, что когда-нибудь захочу большего. Не просто жаркого секса с очередной знойной моделью или гибкой спортсменкой, а чего-то глубокого, искреннего, пропитанного настоящими чувствами.

Несмотря на дикое желание схватить Зефирку быстро и грубо, я искренне наслаждаюсь нашей затянувшейся игрой. Сена запрокидывает голову назад, подставляя мне шею и демонстрируя полное повиновение моим инстинктам. Я безнаказанно скольжу пальцами по её нежной коже, чувствуя, как под моими прикосновениями пробегают мурашки.

Сегодня я готов продать дьяволу душу за возможность насытиться Зефиркой вдоволь. Мои ладони медленно спускаются к её ягодицам, и я с ошеломляющим восторгом осознаю, что трусиков на ней нет.

Чтобы вышла в одной футболке!

Мой приказ она восприняла буквально, но я не жалуюсь. Только бы продержаться… Внизу живота уже бушует настоящий пожар, мышцы гудят от нетерпения слиться с ней до потери пульса.

— Зефирка… – шепчу ей на ухо, нежно покусывая бархатистую кожу. – Ужин откладывается…

— Слава богу! – победно хмыкает она и сильнее прижимается к моей каменной выпуклости.

С тихим писком подхватываю её со стола и несу в спальню.

— Останови меня, если будет слишком… – мычу я в густые непослушные локоны, которые струятся по её спине золотистыми волнами.

— Слишком хорошо, чтобы останавливать! – хихикает Сена, и сама находит мои губы, показывая, насколько может быть раскрепощённой, несмотря на свою невинность.

Осторожно опускаю мою девочку на синие простыни, словно отпускаю прекрасную русалку в бескрайнюю синеву океана. Стягиваю с неё футболку через голову и замираю, любуясь тем, как волосы рассыпаются шелковистыми прядями по постели.

Полностью обнажённая и такая хрупкая, она лежит передо мной, смущённо прикрывая грудь ладошками.

— Нравится? – хитрая улыбка выдаёт её игру в скромность. Мне безумно льстит то, что она не боится и так легко доверяет. Впервые это доверие воспринимается не как тяжёлая ответственность, а как драгоценный подарок – обладание которым согревает душу и приносит невероятное удовольствие.

Обладать… Я впервые хочу обладать кем-то по-настоящему и исключительно.