Бизнес, любовь и много чего ещё - Одри Роуз Страница 97

Только стрелка переползет за пять часов, как все это начнется. Музыка, крики, смех, алкоголь, суета. Посижу со всеми полчаса и, не афишируя, уйду. Не может быть и речи о том, чтобы веселиться сейчас. Слишком много всего случилось. Слишком много вопросов нужно решить. Однако обламывать праздник Дейлу я не собираюсь. Офис под его присмотром не разнесут, да и в целом мои подчиненные люди не маленькие и без меня уж точно ничего не натворят, а только безобидно проведут время, лишь немного пошумев.

За полчаса до начала рабочего дня в дверь моего кабинета раздается предупредительный стук, после которого она тут же без разрешения открывается. Такое себе позволяет только один человек. Дейл.

— Я старею! Я реально старею! – возмущается он, за каким-то хером внося в мой кабинет ящик шампанского. – Я раньше мог легко нести два. А сейчас один, думал, оброню по дороге!

— А сюда-то ты это за каким хреном принес?

— Уберечь. Из твоего кабинета точно не попрут, высшего начальства природой заведено больше бояться. А у меня сегодня из-за поздравлений проходной двор. Вот и пусть у тебя постоит. До пяти.

— Так много-то на кой?

— Много? Это же так, чисто для девочек шампанское. Внизу машина ждет, там еще ящик пива и кое-что покрепче. Ты мне, кстати, принести не поможешь?

Я смотрю на него, даже не думая подниматься ради этой ерунды из кресла.

— Джоша возьми. Он все равно не пьет. Так что не позарится. И не разболтает.

— Спасибо! А ты чего такой измученный? Еще даже день рабочий не начался.

— Очень много важных дел. – Демонстративно я уставляюсь в бумаги, чтобы Дейл скорее ушел и ни о чем больше не спрашивал.

— Ну дак, может, это… – кивает он на бутылку с шампанским. – Чисто для настроя.

— Нет. До пяти даже не сметь думать о чем-то подобном. Уличу, что кто-то начал пить раньше, мало не покажется. Вы будете молить меня о пощаде. Так что живите и просто радуйтесь, что не видите всех этих бумаг, с которыми я мурыжусь все последние дни.

Хоть я и пресек попытку Дейла начать праздновать с утра, его глаза отчего-то пыхнули плутовским огнем.

— Твоя речь стала другой, заметил? Ты раньше даже в разговоре со мной болтал, как зануда-заучка. Откуда ты понабрался этого жаргонного лексикона? С кем общался?

— Ни с кем. Я просто… вычитал в одном руководстве по управлению подчиненными, что с сотрудниками эффективнее общаться на их языке.

Дейл сощуривает глаза и определенно отказывается мне верить.

— А это руководство, случайно, не Синтия зовут?

— С чего ты взял вообще? – Я резко сажусь прямее, чем, как идиот, выдаю себя с потрохами. Черт.

— Что ж, я все понял. – Этот пронырливый лис еще сильнее щурит глаза. – Все понял.

Он удаляется, и по его лицу я вижу, что шансов его переубедить у меня нет. Да я и не слишком хочу врать. Одно радует: пусть Дейл и прознал все о нас с Синди, он никому ничего не скажет. Но зато меня достанет расспросами. Как будто мне и без этого нечем было заняться.

Ближайшие два часа я скрупулезно листаю бумаги, вычитываю, исправляю прямо поверх напечатанного, запрашиваю более актуальные данные, отправляю письма с требованиями внести правки и настаиваю на пересмотре некоторых пунктов в договорах. Все это занимает куда больше времени, чем может показаться. А главное, это задействует и напрягает самые разные участки мозга. Когда в глазах начинает двоиться от цифр и букв, я отъезжаю от компьютера, тру переносицу и поднимаюсь из-за стола. Кофе. Мой дорогой и спасительный кофе.