Однажды в Гарлеме - Колсон Уайтхед Страница 100

Фотостудия Андре находилась на углу Сто двадцать пятой и Пятой, над цветочной лавкой. Лестница так скрипела, что если бы рухнула, никто не сказал бы, будто его не предупреждали. Карни постучал в дверь студии, и мимо него, пряча лицо, юркнула прочь нервная женщина средних лет.

Студия представляла собой одно просторное помещение: ветхий диван и стулья у двери, следом съемочное пространство с осветительными приборами на штативах, отражателем и зонтом. В глубине студии был составлен разнообразный реквизит и прислоненные друг к другу иллюстрированные задники. Снимок пляжа — лазурь небесная и морская — наполовину закрывал фотографию библиотеки, книжные полки, уставленные томами в кожаных переплетах.

Зиппо присутствие Карни ничуть не смутило. Черная кошка подбежала к его ногам, Зиппо взял ее на руки, прижал к груди.

— Мы только что закончили, — пояснил он. — Муж этой дамы служит в Германии на авиабазе, вот и попросил жену прислать ему снимки на память.

— Ты курил траву?

— Дама очень стеснялась, вот я и решил, что это поможет ей раскрепоститься, — сказал Зиппо. — И подействовало! Раскрываться перед камерой — сложный танец. Общество обременяет нас комплексами…

— Это сегодня, — перебил Карни. — Работа будет сегодня.

Зиппо серьезно кивнул.

— Мне нужно запереть студию. Она не моя, а Андре. Поэтому тут везде его имя.

Зиппо и Карни прошагали четыре квартала до того места, где он оставил пикап. Карни преследовало чувство, будто сегодня вечер пикапа, вечер-попытка сбежать от неудачи. Понадобится ли кузов пикапа? Не очень-то Карни любил грузить в него тела, хоть мертвые, хоть живые, хоть какие. Один раз — считай, не свезло, два — уже похоже на то, что ты втянулся.

Фотограф тащил на плече большую сумку из кожзаменителя. Когда Карни пришел в фотостудию, сумка уже была собрана, хотя Зиппо еще и не знал, что сегодня она пригодится.

— У меня было предчувствие, — пояснил он. — Половина моего искусства — доверять внутреннему голосу.

Зиппо покрутил радиоприемник и, бессвязно бормоча, нашел на низких частотах радиостанцию с ведущим-битником. Они припарковались напротив квартиры мисс Лоры, с водительского сиденья Карни видел ее окна. Раздернутые занавески — их условный сигнал — означали, что она одна. Сиди здесь, сказал Карни Зиппо и направился по Амстердам к телефонной будке.

— Он сказал, что постарается прийти, — сообщила мисс Лора.

— Постарается? Тут или придет, или нет.

— Ну вот так. Он сказал, у него встреча.

Карни вернулся к пикапу, передал Зиппо слова мисс Лоры.

— Ждать, — произнес Зиппо, — вечно приходится ждать. Я порой работаю на этого белого адвоката по разводам, Милтона О’Нила. Его реклама на всех спичечных коробках. Главное — поймать с поличным. Ждать приходится долго.

— Зиппо…

— Что?

— Ты по-прежнему устраиваешь пожары?

Самый известный из пожаров, устроенных Зиппо, приключился на пустыре на Сент-Николас. Занялось тряпье в мусорном баке, вспыхнул огонь, и весь квартал вышел поглазеть, как трудятся пожарные. Первобытное зарево пламени, гипнотизирующие огни мигалок пожарных машин плясали на заброшенных зданиях и отрешенных лицах, сообщая им красоту. Зиппо было лет четырнадцать-пятнадцать. Дядя его матери жил в Ривердейле, у него были деньги от патента на держатели для зубных щеток, они крепятся на кафель над раковиной в каждом доме. Подлинная история о том, как иммигрант добился успеха. Дядя и оплатил лечение Зиппо.