220 метров - Евгения Овчинникова Страница 101

— Валентина Афанасьевна, позвольте посмотреть ваши полы, – сказал Скрынников и вошел в комнату, заставив хозяйку отступить.

— Зачем вам мои полы? – спросила старушка.

— Вы знаете зачем, – ответил Скрынников.

Паша и Роман Петрович вошли в комнату, Михаил за ними. Миша внимательно осмотрел пол – потрепанный, но чистый ковролин, у дивана и под обеденным столом – коврики. Что тут искал Скрынников?

А тот не спускал глаз с Валентины Афанасьевны.

— Где? – спросил он. – Все равно найдем, вы же понимаете.

Валентина Афанасьевна села на диван и сложила руки на коленях.

— У окна, – наконец сказала она.

В комнату вплыла Нателла Валерьевна.

— Что ж вы, Нателла Валерьевна, не признались, что нож вашего мужа? – спросил Скрынников.

— Тебе, хуезвону, говорить, что ли? Заметете в ментовку, и ниче вам не докажешь, сукам сраным, – с достоинством ответила Нателла.

— Эх, Нателла Валерьевна, человека убили, пока вы молчали.

Она растерялась и молча смотрела на собравшуюся компанию.

— Подождите, – осенило ее. – Валька, ты, что ли?

— У вас найдется хороший нож? – обратился следователь к хозяйке комнаты.

Валентина Афанасьевна отвернулась к окну.

— Вам зачем? – спросила Нателла Валерьевна.

— Подрезать ковролин, – ответил следователь.

— Есть нож для картона.

— Несите, подойдет.

Нателла ушла и шустро вернулась, с любопытством оглядывая комнату.

— Нателла Валерьевна, Михаил Сергеевич, побудете понятыми, – сказал им Скрынников.

Миша по-прежнему не понимал, что хочет найти Скрынников. Ответ, очевидно, был очень прост, и Миша ощущал себя тупым. Игорь подошел к окну, наклонился, воткнул нож в ковролин и разрезал его вдоль подоконника. Так он вырезал квадрат, размером похожий на тот, что они подняли в комнате Нателлы. От поднятого ковролина поднялся запах старого дерева, прелости. Под батарею метнулась пара тараканов. Скрынников наклонился над освободившимся пространством. В нем был паркет, такой же, как в нескольких других комнатах.

— Нателла Валерьевна, Михаил Сергеевич, прошу посмотреть.

Агент и сумасшедшая старушка подошли и наклонились над вырезом. Сначала Михаил ничего не понимал, а потом увидел неокрашенное деревянное покрытие, а только под батареей – светлую кайму. По ней Миша понял, что в вырезе – большое темное пятно, уходящее за границы квадрата. Они с Нателлой переглянулись и отступили от края, потом еще. Неизвестно, как велика была лужа крови, ведь, по мнению судмедэксперта, женщина в перекрытиях умерла от кровопотери. Михаил отступил еще и еще. Стало неуютно от осознания, что он топчется по крови мертвой тещи и что она, возможно еще живая, умирала здесь, истекая кровью.

— Валька, ну ты даешь! – воскликнула Нателла.

— Это не я, – спокойно ответила Валентина Афанасьевна.

— А кто, Федька? – спросила Нателла.

Валентина Афанасьевна кивнула. По ее глазам было видно, что врет. Скрынников достал из кармана телефон, набрал номер и коротко сказал в трубку:

— Срочно на 5-ю Советскую. И снова экспертов.

— Ваньку тоже ты? – с восхищением спросила Нателла.

— Сестра мужа? – спросил Скрынников хозяйку комнаты. – В перекрытиях.

— Да, – мрачно ответила та.

— Комнату не поделили? – спросил следователь.

— Да. Жила на Севере, а тут заявилась и потребовала долю, – коротко ответила Валентина Афанасьевна.