Лето в Российской империи - Дарья Кузнецова,Виктор Фламмер (Дашкевич),Игорь Евдокимов,Александра Лавалье,Тимур Суворкин,Дарья Эпштейн,Женя Гравис Страница 107

— А я ж предупреждал, ваше сиятельство. Там, в столице, у нее покровитель на покровителе, вам с ними и близко не тягаться. Ох, не надо было ее арестовывать. Раньше все шансы были, что она вора с заказчиком на том фонаре за ноги подвесит, посмеется, да и рукой махнет, а теперь все как в Гарькове будет. Беда, ваше сиятельство. Настоящая беда.

На следующий день об инциденте знал уже весь город. Везде: в чиновничьих канцеляриях и воровских притонах, в соборах и игорных домах обсуждали лишь это.

Стоящие на перекрестках городовые с тревогой смотрели в сторону залива. Купцы заперли лавки еще в первой половине дня. Извозчики перестали брать заказы из порта, а гимназисты заполнили причалы, следя за черной яхтой.

Имя Аиды Череп-Овецкой перелетало из уст в уста, слухи о ней обрастали все новыми подробностями. Говорили, что она внебрачная дочь главы Промышленного совета Голодова, рассказывали, что половина шайки ее состоит из испанских монахов-иезуитов, отлученных папой римским от церкви за кровавейшие преступления. Твердили, что в трюме яхты «Медуза» находится боевой робот, одержимый нечистой силой, что венец ЧерепОвецкая должна передать самой королеве Альбиона и что под видом иностранных матросов в город проник полк поддерживающих Аиду шотландских стрелков.

Сыскное отделение тоже полнилось пересудами и предположениями, одно мрачнее другого. Агенты паниковали. Сыщики бессильно сжимали кулаки. Кто-то еще храбрился и строил планы о новом аресте Аиды; хорунжий Потоцкий, в жилах которого текла кровь крылатых гусар, и вовсе заявлял что зарубит Череп-Овецкую саблей своего прадеда. Однако в основном в сыскном отделении царили растерянность и страх.

Вернувшись туда с обеда, я тихо подошел к рабочему залу. Из-за неплотно закрытых дверей были слышны голоса сыщиков.

— …говорят, в Москве Огнеглавой это она генерал-майора Венецианова отравила! А потом штабс-капитана Клочичихина бомбой разнесла в клочья!

— Господи помилуй…

— Министр финансов нынешний ее руками должность занял! У нее все в столице либо куплены, либо запуганы! Ей вообще что угодно с рук сходит. Человека убить – что улыбнуться.

— А я слышал, что она кровь пьет пополам с водкой!

Я кашлянул и вошел в двери. В зале повисла тишина.

Оглядев агентов и сыщиков, я недовольно покачал головой:

— Как бабы базарные, право слово. С поиском венца как? Что-то сдвинулось?

Молчание было ответом. Наконец со своего места поднялся капитан Караулов.

— Скупщики все до одного опрошены. Содержатели притонов, кабаков и игорных домов тоже. Никто ничего не знает. Все доносчики молчат.

Я немного помолчал.

— Вот что, в таком случае придется изменить подход. Всем вернуться к работе, Караулов, со мной. Поможешь. Если дело выйдет, может, и удастся вернуть венец.

— Так точно.

Через минуту мы вышли из сыскного отделения. Залитый солнцем Новомальтийск встретил нас страшной, предгрозовой тишиной. Людей на улицах почти не было.

— Что вы будете делать, если Череп-Овецкая действительно выполнит угрозы? – наконец спросил сыщик.

Я помолчал, обдумывая его слова, и наконец ответил:

— Импровизировать. Впрочем, я надеюсь, что нам удастся решить загадку венца раньше. Сперва зайдем к тебе домой. Нужно устроить небольшой маскарад.

Мы с Карауловым как раз шли по Нагорной улице, где он жил. Вскоре впереди показался дом капитана.