Судьба играет в куклы - Наталия Лирон Страница 113

«Что сникла? – Вася повысил голос. – Есть?»

«Был… – выдохнула я, глядя ему в глаза, – давно, до тебя еще».

Мы тогда проговорили с ним на кухне целую ночь, пока я ему все не рассказала про Анджея. И про то, что дед Мирон перед смертью поведал мне, что тот жив.

Рассвет встретили совсем другими. Я знала, что дальше все изменится.

«Ты его искала? Нашла?» – спросил он чуть подхриповатым севшим голосом.

«Искала, но не его, а о нем. Нашла».

Он поднял на меня заинтересованные глаза:

«Это как?»

Алкоголь выветрился, лицо его немного осунулось от нервов, усталости и бессонной ночи.

«Мне удалось узнать, что Анджей все-таки уплыл в далекую Америку, жил в Чикаго, преподавал в университете. Потом, кажется, вернулся в Польшу, но это не точно».

«Ты…»

«Я не буду ему писать, – выдохнула я, – жив, и ладно».

Вася встал, походил туда-сюда по кухне, обернулся, посмотрел на меня:

«Ты… его еще любишь?»

«Нет», – мгновенно выпалила я.

Потом посмотрела в рождающийся рассвет… Ночь безвозвратно переваливалась в небытие.

Нет, я больше не могу… не могу и не хочу врать ни ему, ни себе.

Где-то под ключицами распускался тугой клубок из натянутых струн, я не заметила, как горячие слезы закапали у меня из глаз.

Я посмотрела на своего дорогого мужа и сказала ему правду:

«Да. Я еще люблю его».

Через неделю мы разъехались, а еще через полгода, когда у Люси родилась дочка, то есть ты – окончательно развелись. Но, как видишь, остались добрыми приятелями.

Я очень хотела, чтобы Вася обрел свое настоящее счастье, чтобы ему в жизни повезло. Он его точно заслуживал. И была очень рада, когда он женился, хотя мы и стали общаться чуть реже.

Так бы, может, все и шло, пока…

Ксюша 1982

— Вот смотри, – бабушка перевернула белый конверт адресом вверх и протянула мне.

В графе «отправитель» стоял незнакомый адрес, написанный не по-русски. Польша, Варшава. Анджей Ковальски.

— Ба… – я посмотрела на нее, открыв рот, – это… то, что я думаю? Это письмо от него?

— Угу, – она кивнула, – второе. Первое я получила полгода назад. Он писал, что жена его умерла и он вернулся в Польшу вместе с младшим сыном, которому сейчас почти тридцать лет. И что помнит меня и очень хочет увидеться.

Мы сидели в ее комнате. Чай давно остыл. За окном было темно, и я не знала, сколько времени – ночь черным звездным пледом укрывала город, отодвигая от нас чужие дома, улицы и жизни. Мне казалось, что, кроме этой небольшой комнаты с высокой кроватью, креслами и вязанными крючком кружевами на столах, больше ничего нет в мире. И что там, в густой темноте, оживают воспоминания – бабушкино и дед Васино прожитое время. Ведь оно же где-то есть, не может не быть.

— Бабуль… а ты?

— Открой, – она кивнула на конверт.

Я достала и развернула белые листки – в них было официальное приглашение на бабушкино и… на мое имя! От Анджея Ковальски. Для визита в Польшу.

— Погоди… – я снова пересматривала листки, – а…

— Поэтому мне и нужно твое решение, – бабушка повертела в руках пустую кружку, – я ему написала, что готова увидеться, но хочу приехать не одна, а с внучкой. Если ты, конечно, согласна и хочешь. Можем подгадать под твои каникулы.

— Ого! – я не знала, что ответить.

Это было так неожиданно! Почему бабушка не хотела ехать к нему одна? Кажется, она просто волновалась. И со мной ей было спокойнее.