Однажды в Гарлеме - Колсон Уайтхед Страница 115

Разве что коп Мансон о чем-то догадывался. Как-то вечером детектив в подпитии подошел к Карни в «Ночных птицах» и предложил тост за его здоровье. «За величайшее ничтожество в Гарлеме». То ли похвалил его за то, что ни во что не ввязывается, то ли намекнул на его заработки?

— Как скажете, — ответил Карни и отхлебнул пива.

Но этого типа к нему подослал не Мансон. Незнакомец повел Карни к углу улицы. Никто из прохожих ничего не заметил. Что, если чувак приведет его в магазин и заставит открыть сейф? Воскресенье, у Мэри выходной. Но Рыжий в магазине и может выкинуть что-то такое, из-за чего их обоих пришьют.

— Сюда, — сказал чувак.

У тротуара вибрировал лаймовый «Кадиллак Девиль». Чувак открыл заднюю дверь, втолкнул Карни в салон и юркнул следом.

За рулем сидел Делрой; значит, это художества Чинка Монтегю. Или самодеятельность Делроя. Или он переметнулся к конкурентам.

— Поздоровайся с Четом Ветом, — сказал Делрой.

«Кадиллак» отвалил от тротуара и покатил по Бродвею.

Чет Вет сверкнул золотыми фиксами.

— Расскажи ему про войну, Чет.

Карни прикинул, что, судя по возрасту, Чет воевал в Корее.

— Имел я в виду армию белых людей, — сказал Чет.

— Его так прозвали, потому что он учился на ветеринара. Всего месяц.

— Не мое это, — признал Чет.

— Делрой, — произнес Карни, — что происходит?

— Это ты босса спроси.

Карни поймал его взгляд в зеркале заднего вида. Бандит отвел глаза.

* * *

Минуло пять лет с тех пор, как Чинк Монтегю послал Делроя и Воттакенного в мебельный магазин в поисках похищенных украшений своей подружки. Чинк хотел припугнуть Карни, но в итоге они стали сотрудничать: время от времени Чинк за долю отправлял к Карни товар. Раз в неделю Делрой с Воттакенным заходили к нему за конвертом; пять лет — долгий срок. Стороннему наблюдателю даже могло показаться, что они коллеги.

По крайней мере, Делрой и Карни. Воттакенного с бечевкой на шее обнаружили одним январским утром детишки, игравшие в парке Маунт-Моррис в футбол. Его искали неделю, и вот наконец снег подтаял и тело нашли — в замерзшем собачьем дерьме и сигаретных окурках. Это было в прошлом году, в самом начале войны между Бугром Джонсоном и Чинком Монтегю. В 1963-м Бугор, отмотав срок, вышел из Алькатраса и решил вернуть себе империю, которой лишился одиннадцать лет назад. Его поддержал Джерри Катена, второе лицо в генуэзском клане, Чинку же покровительствовали ломбардцы; их конфликт перерос в опосредованную войну за сферы влияния в Гарлеме. А то, что Чинк был протеже Бугра, придавало ей библейский оттенок.

— Мы для них пляшущие марионетки, — сказал Делрой Карни, когда зашел за конвертом. Он несколько дней не спал. Делрой провел пальцем по шраму на щеке, точно лущил незримый стручок гороха. — Мы убиваем друг друга, а эти гребаные итальяшки сидят себе и смеются.

Пару недель было жарко, но в конце концов заключили перемирие и раскроили район, как грязные мясники, — каковыми, впрочем, и были.

После гибели Воттакенного Делрой приходил за конвертом один. Теперь они с Карни были повязаны — оба марионетки, сообщники по аферам, соседи по Гарлему, США, храни их Бог. У них было общее прошлое. Делрой стал первым покупателем Карни, когда его магазин открылся после ремонта; гангстеру требовался обеденный гарнитур для очередной подружки. Одни в честь начала романа дарят подружкам блестящие ожерелья или изящные серьги от любимого ювелира. Делрой дарил обеденные столы и стулья. «Эти девицы даже стол толком накрыть не умеют. Как ты намерена кормить мужика, если у тебя и сесть-то негде?» Логика здравая. Любовная жизнь Делроя била ключом: за год он приобрел у Карни три круглых стола-тумбы «Ривьера!» производства «Коллинз-Хэтэуэй». Последний Карни продал ему со скидкой.