Шесть дней в Бомбее - Алка Джоши Страница 131

— Мне кажется, об этом лучше спросить ее врача.

— Верно, но я подумала, вдруг вы знаете что-то, что может нам помочь?

Джо посмотрела на свои блестящие черные кожаные туфли на широком каблуке.

— А что говорит ее муж? Я слышала, она вышла замуж за друга из Праги. – Она глянула на часы. – Если я больше ничем не могу…

— Как раз можете! Мира хотела, чтобы я отдала вам это. – Я вытащила из-под мышки завернутые в бумагу «Обещания» и вручила ей вместе с пиджаком, который она дала мне вчера.

Джо стала задумчиво рассматривать картину. Если подарок Миры и удивил ее, виду она не подала. Наверное, выгодно было уметь так невозмутимо рассматривать произведение искусства, особенно когда приходится часто торговаться с Луи Ле Граном на Marché.

— Прямо глаз не оторвать, верно? Цвета Индии – солнце и теплая земля. Как раз именно это ей, по-моему мнению, и надо было писать. Отличная картина! Она хотела, чтобы я продала ее?

— Я знаю только, что она хотела передать ее вам. Вам решать, что с ней делать. – Я перевернула полотно тыльной стороной. – Видите? Тут ваши инициалы.

Я достала из кармана юбки записку Миры и показала ей.

Джо, нахмурившись, снова взглянула на картину.

— Она именно эту хотела мне отдать?

Ее взгляд остановился на центральной фигуре картины – мудреце в двойной тикке. Помолчав пару минут, Жозефина внезапно улыбнулась.

— Выходит, наша Мира наконец поняла, – удивленно протянула она. – Как-то раз я сказала ей, что играю тройную роль: я и учитель, и защитник, и покровитель. Это ведь меня она тут изобразила в роли наставника, верно?

— Может, таким способом она хотела подчеркнуть, что признала вашу роль? – заметила я. – И извиниться за свое поведение в прошлом.

— Может быть, – подозрительно покосилась на меня Жозефина.

Там, на мосту, я и оставила ее дальше искать подсказки в подарке Миры.

Сама же еще около часа побродила по выставке и вернулась к мадам Рено. Та стояла в коридоре и натягивала перчатки. Потом поправила шляпку перед настенным зеркалом. Вся оживленная, словно узнала какую-то тайну и умирает от желания ею поделиться.

— Вас ждет джентльмен в кафе на первом этаже. Симпатичный, с отличными манерами – просто очаровательный.

— Меня? Джентльмен?

Я никого не знала в Париже, не считая жены посла, мадам Рено и Жозефины.

Хозяйка приколола шляпку жемчужной булавкой и почмокала губами, размазывая светло-розовую помаду.

— Я иду на обед к подруге Соланж. Думаю, вы справитесь тут и одна. – Она задорно глянула на меня. – Или не одна.

Это замечание меня озадачило. Мадам Рено погладила меня по руке и открыла дверь.

— Надеюсь, вы пригласите его наверх… В любом случае я вернусь поздно… очень поздно.

Она заговорщицки улыбнулась мне и вышла за дверь. Вскоре по лестнице застучали ее каблучки.

Мне было жарко, я немного устала после выставки. Умывшись и выпив воды, я спустилась в кафе, расположенное в цокольном этаже.

Там меня ждал Амит Мишра.

Увидев меня, он поднялся со стула. Шагнул ко мне, потом остановился. Я замерла, не зная, что делать. Мы оба словно примерзли к земле, разделенные невидимой стеной. И вдруг голос… голос Миры… шепнул мне: «Сона, твоя жизнь будет настолько большой, насколько ты ей позволишь. – Я потерла грудь в том месте, где она когда-то начертила пальцами круг. – Я хочу, чтобы она была наполнена грандиозными событиями. Ты и сама этого хочешь. Перед тобой открыты все дороги. Просто отправляйся и найди все, что тебе нужно».