Мемуары мавра - Лайла Лалами Страница 146

— Вы не знаете, что случилось с кораблями, которые мы оставили во Флориде? – спросил Кабеса-де-Вака у Алькараса.

— Нет, – ответил Алькарас. – Я первый раз слышу о вашей экспедиции.

По его словам, он сам приплыл в Новую Испанию всего за три года до этого и еще не встречал людей, которые путешествовали по этому континенту до него, а тем более тех, кто потерпел кораблекрушение и пропал так давно.

— А ваши товарищи – другие идальго, о которых вы упоминали? – спросил он в свою очередь. – Они сейчас в безопасности?

— В полной безопасности, – ответил Кабеса-де-Вака. – Они с группой индейцев, таких же, как те, что вы видите здесь.

Алькарас отхлебнул из металлической кружки.

— Должен сказать, мы не видели индейцев в этих местах уже не меньше трех недель. Более того, утром мы собирались возвращаться в Кульякан.

— Здесь тысячи индейцев, – заметил Кабеса-де-Вака. – Но они убежали или прячутся в горах.

— Потому что они наслушались ужасных историй о солдатах, – добавил я.

Алькарас странно посмотрел на меня.

— Не знаю, что ты от них слышал, – сказал он. – Но бьюсь об заклад, что это всего лишь вранье и выдумки.

Он снова повернулся к Кабеса-де-Ваке:

— Ваши друзья, двое сеньоров… Хоть вы и говорите, что они в безопасности у индейцев, мы пошлем за ними.

Мы с Кабеса-де-Вакой переглянулись. Историй об обращении индейцев в рабство ходило множество, и они были слишком схожи, чтобы быть неправдой. И все же он, судя по всему, не счел разумным или нужным спорить с гостеприимным хозяином в тот момент, поэтому промолчал.

* * *

К концу следующего дня я вернулся в индейскую деревню, где мы тогда жили. Рядом с одной стороны шли мои индейские последователи, а с другой – Патрисио Торрес со своими людьми. Алькарас уговорил Кабеса-де-Ваку остаться, сказав, что им еще есть что обсудить. Небо было серое, и мелкий моросящий дождь пробивался даже сквозь надетые на меня меха и шкуры. Выходя на деревенскую площадь, я дрожал от холода. Мое появление с бородатыми белыми людьми тут же вызвало переполох – десятки мужчин, женщин и детей тут же высыпали мне навстречу и принялись расспрашивать.

— Кто эти чужаки?

— Где твой брат?

— Вы принесли дубовую кору?

— Почему вас так долго не было?

Ойомасот пробилась через толпу. Увидев ее, доброту и ум в ее глазах, я понял, что все будет хорошо. Она взяла меня за руки. Ладони ее были такие теплые, что я сразу ощутил покой.

— Я боялась за тебя, – сказала она.

Говорить так открыто о своих чувствах на глазах у других людей было на нее совсем не похоже. Я привлек ее к себе. Теперь мне хотелось только остаться с ней вдвоем.

— Мы наткнулись на этих солдат, – кивнул я в сторону запыленных кастильцев.

Теперь на площадь выбежали Дорантес и Кастильо.

— Братья! – восклицали они. – Слава богу! Глядите!

Они со слезами бросились обнимать солдат.

Солдаты испытали облегчение при виде своих соотечественников в этой индейской деревне, и один из них наконец опустил мушкет и повесил его на грудь. Кастильцы представлялись друг другу, расспрашивали, кто из какого города, делились подробностями. Прошло не меньше часа или двух, пока я устроил солдат на ночлег в отведенном им доме и смог наконец поговорить с Дорантесом и Кастильо наедине.

— Только представь, сколько лет прошло, пока нас нашли, – сказал Кастильо. – Интересно, жива ли еще моя матушка?