Нешуточная любовь - Бетти Коррелло Страница 40

Конечно, пиццу вкусно есть и в других местах: в Италии там, еще где-то, но эта была моей любимой. На мгновение вчерашний вечер и все, что жило в нем матрешкой травм, показалось отдаленным воспоминанием.

— Можно присесть?

Я распахнула глаза.

Повернулась в сторону знакомого хриплого голоса – голоса, который много лет назад не ожидала больше услышать. А теперь он выдернул меня из мыслей обратно на землю.

У скамьи стоял Эдди и держал в руках точно такие же тарелки с точно таким же куском пиццы – правда, не таким сырным. Его распущенные волосы развевал океанский бриз, и на лоб падали завитки. Широкий ворот помятой серой футболки обнажал верх черно-зеленой татуировки. Вот если бы Эдди стоял так, продолжая усмехаться себе под нос, и молчал – легко бы вписался в мои фантазии.

Я слизнула с губ тонкую пленку жира.

— Законом не запрещено.

Эдди со вздохом опустился рядом, вытянув длинные ноги и закинув на парапет рядом с моими.

— Талли радовался, что ты вернулась.

— О, супер. – Я оторвала кусок корочки. – Видимо, я для него уже не дылда.

Плечи Эдди содрогнулись от тихого смеха, и он откусил кусок пиццы.

— Бедный парень. Ничего не понимает.

Я усмехнулась, поглядев на него.

— Сказал ему, что я ушла в монастырь?

— Думаешь, поверит? – вскинул он бровь, запихивая в рот огромный кусок пиццы.

— На что это ты намекаешь? Я недостаточно святая на вид?

— С татуировками и такой челкой, будто тебя ребенок постриг?

— Может, у матери Терезы тоже татухи были, откуда ты знаешь?

Эдди покосился на край моей бумажной тарелки, который я методично рвала.

— Насчет вчерашнего…

— Дела у меня… так себе. – Я принялась сгибать тарелки, превращая их в мелкий прямоугольник бумаги. – Поэтому я и вернулась. – Я подняла взгляд на океан. – Если честно, не жизнь, а жопа.

Эдди придвинулся ближе, а затем протянул руку и попытался осторожно извлечь из моих пальцев тарелки. Я подняла на него взгляд; он задумчиво сжимал губы, сведя брови к переносице.

— Можно поподробнее?

Я выпустила тарелки из хватки.

— Вот-вот сбудется мечта всей моей жизни, и я даже не шучу – поразительно, понимаю. Меня позвали выступать на крупнейшем комедийном фестивале, который состоится через полтора месяца…

— Ого, Дель, это же супер.

— Попридержи коней, – рассмеялась я, садясь боком и подгибая под себя ногу. – Все очень плохо.

— С ума сошла? – Он уставился на меня большими глазами. – Почему?

— Да потому… – начала я слабо, сжимая пальцами переносицу. «Не смей при нем разреветься, Дельфина». – Даже говорить не хочу.

Он шумно вздохнул. Его рука лежала на спинке скамейки – я даже не заметила, как она там оказалась.

— Слушай, я тоже с проблемами сталкивался. – Его взгляд устремился в пустоту. – Думаю, сама представляешь.

Я прищурилась.

— Да не особо. Можно поподробнее?

— В тот день, когда ты только вернулась. Я тогда поругался с бывшей. Она пришла в бар, устроила мне скандал, хотела поговорить, но рук не хватало. В итоге она заявила, что мне на все плевать и я даже не пытаюсь вести себя как взрослый человек.

— Уф, – выдохнула я.

— А потом я увидел тебя, и… – Он резко выдохнул. – Слишком остро отреагировал.

— Уж поверь, я представляю, какими бывают бывшие девушки.

Он смотрел не на меня, а куда-то за спину.

— Жены.

— Жены? – Я подавилась воздухом.