Муза Паганини. Скрипач от дьявола - Сина Беервальд Страница 42

— Почему? – наконец решилась она спросить.

— Очень просто: ноты не могут отразить мою игру. Когда я выхожу на сцену, музыка рождается во мне и перетекает в скрипку.

Софи нахмурилась.

— Сольные партии я ещё могу понять, но как это сочетается с оркестром?

Уголки его губ дёрнулись.

— Многие спрашивают. Всегда сочетается. Я знаю, что играет оркестр – этого достаточно. Им не нужно знать, что сыграю я – они услышат во время концерта, что придёт мне в голову в тот момент.

Софи покачала головой. Так мог говорить только гений. Или безумец. Возможно, он был и тем и другим.

— Но после такого ремонта вы обязаны проверить скрипку, – настаивала она. – Вы же знаете, что случилось с душкой…

— Знаю! Но знаю и то, что скрипка отремонтирована безупречно.

— Это могло обернуться провалом, – прошептала она. – Не понимаю, откуда такая слепая вера. Меня она даже немного тревожит.

Паганини рассмеялся.

— Вы говорите, как моя жена. Она не смыкала глаз всю ночь и сегодня утром требовала немедленно послать гонца в мастерскую, чтобы узнать, готова ли моя «Пушка» или концерт придётся отменить. Я спокойно объяснил, что как всегда прибуду в зал за десять минут до начала, карета уже заказана, и по дороге заберу свою скрипку из мастерской. Она устроила сцену, а я не выношу ссор, особенно перед концертом, и когда она не унималась, я сказал, что обойдусь без её выступления, пусть остаётся с нашим сыном, а няню можно отменить.

— Но не было бы ничего страшного, если бы пришёл гонец… – Софи снова встала на сторону его жены, а затем решилась на правду. – Совсем наоборот… – Она опустила глаза. – Я работала всю ночь, а потом проспала. Если бы не стук в дверь незадолго до вашего приезда…

— Тогда бы я вас разбудил.

— Но откуда вы знали, что скрипка будет готова?

— Потому что я доверял вам.

Он посмотрел Софи прямо в глаза, как делал уже несколько раз, но на этот раз это вызвало у неё мурашки, которые разбежались по всему телу, не поддаваясь контролю. Эти чувства пугали, она пыталась взять себя в руки, но знала, что это ни к чему не приведёт. Женщина знала это чудесно тёплое чувство и давно его не испытывала. Внезапно нахлынули тоска и желание, она наслаждалась этими ощущениями, упивалась ими – слишком долго, подумала она внезапно, хотя прошло всего несколько мгновений. Она испугалась себя, этой слабости, и сглотнула. Такое трепетное чувство не подобало замужней женщине по отношению к другому мужчине. Точка.

— Это могло обернуться провалом, – сказала она. – Я действительно не понимаю, откуда у вас такая слепая вера.

— Она не была слепой. – Он изогнул губы в немного насмешливой, но мягкой улыбке, такой же запоминающейся, как его причудливые брови. – Я осмотрел множество мастерских по пути в Вену, но уходил, хоть «Пушка» требовала ремонта. Даже от мастеров с безупречной репутацией. Я неохотно расстаюсь со скрипкой – своей душой. Мне нужно абсолютное доверие.

— Что же вселило в вас это доверие?

— Вы.

Простота ответа перехватила дыхание.

— Кто этот… – он подобрал слово, – …человек из «Мачакерхофа»? Не думаю, что он играет. Я видел, как он садился в карету. Меценат?

Софи покачала головой. Она была благодарна за смену темы, но что ответить?

— Нет, господин Майенхёфер – ни клиент, ни меценат, – отрезала она сухо. Более она не желала распространяться на сей счёт.