Пусть она вернется - Синтия Кафка Страница 53

18

Спрятав клочок бумаги с адресом галереи Лины Натале в мою сумку, мы расстались с месье Гамботти в тот момент, когда небо стало постепенно отсвечивать золотом в закатный час.

Не сговариваясь, мы направились к скалам на самом окончании мыса Чентури, продолжая обсуждать нашу беседу с агентом. Ехать в Нонцу уже слишком поздно, но теперь у нас есть уверенность, что если моя мать еще где-то на Корсике, то Нонца – наша последняя надежда.

Усевшись на пирсе, я пытаюсь успокоить бешеное биение моего сердца. Это неподходящий момент для срыва, тем более мы тут не одни. Многочисленные туристы собираются посмотреть на закат. Мы зашли на пирс с другой стороны мыса, и это дает нам преимущество в обзоре. Несмотря на терзающие меня тревоги, я не могу не разделить с Тимом своего восторга. Сегодня утром мы любовались восходом. Устремив взоры на горизонт, мы забываем обо всех сложностях и наслаждаемся теплом и нежностью вечера. Сверкающая звезда оповещает о своем уходе и приглашает нас понаблюдать за ее путешествием. Самое волнующее во всем этом для меня – это смотреть, как она исчезает, зная, что всего через несколько часов, что бы ни произошло, она появится снова. И вдруг меня пронзает неожиданное воспоминание: в первые сто сорок восемь дней после исчезновения матери, как только наступала ночь, я начинала мечтать, что она появится на следующий день с восходом солнца. Увы, моя мать не была звездой и так больше и не вернулась.

Солнце уже скрылось за кулисами воды, но спектакль так просто не заканчивается. В небе пляшет многоцветье. Мы стоим, благоговейно прижавшись друг другу. О чем думает Тим?

Будто в ответ на мой молчаливый вопрос его живот булькает, и я смеюсь. В отличие от моих, его реакции сугубо прагматичные.

Наконец, наевшись досыта ужином из лангустов, типичным местным блюдом – сегодня как раз был отличный улов, – мы уселись на уютных диванах на террасе отеля с чашками чая, подшучивая над собственными старческими манерами. Ресторанная кухня заканчивает смену, посетители остались только за двумя столиками, и к нам подходит хозяин, симпатичный господин с лукавой физиономией.

— Вам нравится на Корсике?

Мы уже начали постепенно привыкать к этому вопросу, а наши ответы становятся все более развернутыми. Мне кажется, я уже учусь не контролировать каждый свой шаг, а это наше путешествие, несмотря на множество разочарований и изменений, приносит мне пользу.

— Мы влюбились в этот остров, – заверяю его я, чтобы не рассыпаться в банальностях.

— У вас свадебное путешествие?

Я ощущаю, как горят мои щеки. Открываю рот, чтобы восстановить истину, но тут Тимоте, улыбаясь во весь рот, заявляет:

— Как вы угадали?

— О, у меня глаз наметан, – смеется шеф. – Если я встречаю любовь, то распознаю ее моментально, а вы такая прелестная пара!

— Мы повторяем это друг другу ежедневно, – заверяет его Тим, сплетая наши руки и поднося к губам мои пальцы.

У меня в животе взлетает рой бабочек. Я натужно смеюсь, чтобы спрятать смущение и волнение, стараясь не смотреть на Тимоте.

— Реми, неси сюда мой лимончелло, выпьем за молодых! – велит шеф молодому человеку, пробегающему мимо.

— Кристиан, разве я не должен был помочь убрать со столов?

— Потом. Сейчас давай выпьем за любовь!

Шеф произносит тост за вечную любовь, мы выпиваем, и наконец нас с Тимом оставляют одних. Возможно, этому поспособствовали ликер и общая атмосфера, но так или иначе, моя злость на него испаряется. И хотя говорить ему об этом не обязательно, но наше с Тимом примирение меня радует.