220 метров - Евгения Овчинникова Страница 61

— Неожиданные новости, – сказал следователь, указывая им на стулья.

Лена и Миша сели. Миша думал, что кабинет, как и хозяин, будет в порядке, который можно измерять по линейке, но комната была живой, тесной, забитой мебелью и документами. На подоконнике жались друг к другу кружки с надписями, чахла драцена. На стенах висели записочки, визитки, плакаты. Календарь пестрел пометками.

— Расскажите, пожалуйста, вкратце, при каких обстоятельствах пропала ваша мать и как выглядела, – попросил Скрынников.

Лена рассказала об исчезновении и об Иване Вадимовиче и о том, как выглядела мать.

— Вы принесли ее фотографии? – спросил следователь.

Лена растерялась, но быстро взяла себя в руки.

— Нет, не подумала, извините, – сказала она, опуская глаза.

— Сфотографируйте и пришлите мне на ватсап. Это для судмедэксперта. Обычное опознание мы устроить не можем.

— Почему? – спросила Лена, встревоженно посмотрев сначала на мужа, потом на следователя.

— Из-за мумификации тела. Если это ваша мама, вы ее не узнаете, – ответил следователь. – Но мы можем показать, если хотите.

— Нет-нет, – поспешно отказалась Лена.

— Как же нам узнать, что это она? – спросил Михаил.

Скрынников помял губы.

— Суд примет только ДНК-тест. Не хочу вам навязывать, но проще всего будет сделать его за свой счет. Я наверняка смогу провести через нас, но уйдет время – согласования, документы. А в частном порядке будет готово через неделю. Это недорого, тысяч десять, кажется.

Михаил и Лена переглянулись.

— Давайте сделаем сами, – согласился Михаил. – Что нам нужно?

Скрынников написал на отрывном листе адрес.

— Вот, езжайте сюда, я предупрежу, что вы едете, вам подготовят биоматериал. А потом – в любую лабораторию для сдачи анализов. Если ответ придет положительный, то будем раскручивать вашу версию.

— Это точно она, – сказал Михаил. – Все же сходится.

— Давайте не будем торопить события, – ответил следователь. – Сегодня я еще раз навещу Ивана Вадимовича, попрошу рассказать о Любови Андреевне Афанасьевой, состоявшей с ним в близких отношениях.

Михаил снова восхитился способности Скрынникова запоминать полные имена, а ведь он даже не записывал.

— Вам помочь? – предложил Михаил.

— Поезжайте пока в морг, сдайте анализы, а потом позвоните, разберемся. Если будет как вчера, поговорим вместе. Или Елену приведем, чтобы разговорить.

Михаил заметил, как жену передернуло от последних слов следователя.

В морг ехали на такси больше часа. Потом бегали по корпусам, потому что указатели направляли их то в одну, то в противоположную сторону. Хваткие продавцы ритуальных услуг предлагали кремацию, комплект вещей для покойника, венки, гробы, поминки эконом и поминки VIP. Когда они нашли лабораторию, Лена сразу отправилась в туалет. Из открытой двери слышно было, как ее стошнило. Потом зашумел кран, и все стихло, но Лена не выходила. Выждав десять минут, Михаил подошел к двери и позвал ее, потом вошел в туалет. Она сидела в одной из кабинок на закрытой крышке унитаза и смотрела в одну точку.

— Лен? – позвал он, вкладывая в ее имя сразу все вопросы.

— Все нормально, – ответила она и встала. – Сначала укачало в такси, потом кремация эта…

Они вышли из туалета.

— Если тяжело, давай не будем делать анализ. Без нас расследуют. Дашь показания, и все, – предложил Михаил.