Несбывшаяся жизнь. Книга 2 - Мария Метлицкая Страница 64

Лиза усмехнулась.

— Ага, врач. Практикующий гинеколог. Да кто возьмется на этом сроке? Ребенок вот-вот зашевелится! Никто – слышишь, никто! – из нормальных квалифицированных врачей, работающих в больнице, не подведет себя под статью!

— Мам, – жалобно шептала зареванная Аня, – а если таблетки? Ну, я знаю, что есть таблетки…

— Таблетки! – зло усмехнулась Лиза. – Ну да, конечно! А срок? А осложнения? Кровотечение, чистка по скорой? Аня, я врач, а не убийца! Будешь рожать, и точка, ты меня поняла?

Анюта выбежала из комнаты и закрылась в ванной.

«Истерика, нормально. Дать бы успокоительное, но дверь она не откроет. Ну и черт с ней, пусть истерит. В конце концов, за свои поступки надо отвечать, я всегда отвечала.

Но что делать, что? Может, и вправду попробовать, с кем-то поговорить? О господи, что я несу, это опасно и страшно! Подвергать риску собственную дочь? Извините. Но ребенок, ребенок!»

Имя отца ребенка Анюта называть отказалась.

— Считай, что его нет, – отчеканила дочь. – Считай, что умер.

Ну понятно, все тот же детский сад. Гордая, куда там! И все-таки узнать необходимо. А вдруг там приличная семья, вдруг не откажутся, будут помогать? Одной Лизе не вытянуть.

«Господи, за что ты наказываешь меня? За какие грехи? Разве я не ответила за все, за что была должна, разве не расплатилась? За что ты меня так, почему? Чем я перед тобой провинилась?»

Когда до Лизы дошло, что она разговаривает с богом, она испугалась. Нашлась, мол, верующая христианка: в церкви была раза три в жизни, да и то любопытства ради, что называется, поглазеть. Причем ей не понравилось. Душные запахи, шепчущие согнутые бабки в платочках, краснолицый поп…

А сейчас заладила «господи» да «господи»! Как мам-Нина – и смех и грех.

Нет, аборта не будет. На таком-то сроке! Анюта наверняка останется бесплодной, да еще и с проблемами. Но вдруг сбежит? Девка она упертая, что вобьет в башку – не остановишь…

Только… Кто будет воспитывать этого ребенка? Анька? Смешно. Мария? Еще смешнее, она еле ходит.

«А тебе, Елизавета Владимировна, надо кормить семью, а значит, работать. А ведь тоже – далеко не двадцать и даже не тридцать. Когда ты взяла Аню, еще надеялась на устройство личной жизни… Ты и потом надеялась, долго надеялась. Да и сейчас – а, Лиза?»

Анины истерики случались теперь ежедневно.

Мария почти не вставала с кровати, со скорбным видом смотря в потолок.

— Ты знала? – спросила Лиза.

Мария посмотрела на нее как на сумасшедшую и, кажется, обиделась.

Вот и пойми ее. Знала, не знала, какая уж разница…

Лиза терзала дочь про отца ребенка, но та стояла на своем:

— Он ничтожество, и думать о нем забудь!

— Как это – забудь? – злилась Лиза. – А если я хочу привлечь его, посадить?

Анюта демонически смеялась.

— Ну-ну, попробуй! Там такие родственнички, что еще нас привлекут!

Кто же он, этот папаша? Лиза прошерстила всех дочкиных одноклассников, у кого были важные родители. Никого. В соседнем классе нашелся генеральский сынок, некто Казеев Кирилл, подкараулила его, посмотрела – ой нет, глупости: какой-то дохляк и маменькин сынок, огородное чучело в очочках и коротких брючках. Вряд ли Анюта запала бы на такого. И вряд ли он смог бы заделать ребенка.

Мучилась, искала, перебирала возможных кандидатов, но ничего подходящего не нашла. Потом решила – да черт с ним! Какой помощи от него ждала? Да и не привыкла она просить помощи. Но как жить дальше, как жить?