Одноклассница. Я тебя ненавижу - Тина Дорофеева Страница 71

Да уж… красиво жить не запретишь.

— Ага, людям некуда деньги девать, – хмыкает Кирилл, прослеживая мой взгляд.

— Да уж. Дворцы… Так что с родителями не так? – возвращаюсь к прежней теме.

— Как-то я просто приехал за сестрой, а отец меня послал.

Хлопаю глазами.

— В смысле?

— Ну вот так, взял и не дал сестру, потому что у меня трояк был по русскому.

Таращусь на него.

— Ты не серьезно?

Кир переводит на меня вполне серьезный взгляд. И я по его глазам понимаю, что очень даже серьезно.

— Тебе запрещают общаться с сестрой из-за оценок?

Он хмыкает.

— Ну, я тебе говорил, что мои предки порой путают меня с собачкой, которая должна выполнять любую команду.

Сглатываю горечь и обхватываю его руку, лежащую на бедре.

— Это ужасно.

Дергает плечом.

— Ага, но мы имеем, что имеем. Пока что я терплю.

— А потом?

Задумчиво жует губу.

— А что будет потом, покажет время. Приехали. Подождешь нас тут?

Киваю.

Кирилл даже не заезжает на территорию дома. А я наблюдаю за его напряженной спиной. Нажимает на звонок и что-то говорит. Калитка тут же открывается, и Кирилл исчезает за забором.

Я же только после того, как теряю его из виду, перевожу взгляд на дом его родителей.

Да уж. Ничем не уступает другим дворцам и замкам. Поразительно, зачем небольшой семье такие апартаменты!

Тут же квадратов семьсот, не меньше… и весь фасад в лепнине, выложен кирпичом. От такого сочетания почему-то зубы сводит. Какие-то ненужные понты…

Калитка снова открывается, и Кирилл за ручку выводит маленькую принцесску. Светлые волосы собраны в два высоких хвостика, пышное бежевое платье и сумочка. Не малышка, а загляденье.

В другой руке Кирилл держит кресло. Внимательно следит за сестренкой и идет очень медленно, чтобы она за ним успевала.

Выскакиваю из машины, чтобы чем-то помочь, и натыкаюсь на такой же, как у Кирилла, карий взгляд. Боже, да она похожа на куколку…

Сбиваюсь с шага, но быстро беру себя в руки. Подхожу к ним, протягиваю руку к креслу.

Кирилл непонимающе смотрит на мою протянутую руку.

— Привет, красавица, – улыбаюсь, пока Карина изучает меня.

Боже, я даже не могла представить, что у малышей бывает такой внимательный взгляд.

— Ты кто?

— Я Катя, – стараюсь как можно дружелюбнее улыбнуться, – а ты Карина.

Важно кивает.

— Твой брат очень много про тебя мне рассказывал.

— А ты кто?

Снова тот же вопрос, и я перевожу на Кирилла непонимающий взгляд. Он сам хмурится, как будто пытаясь понять, потом на его лице появляется улыбка.

— Кариш, это моя очень хорошая подруга. Вот у тебя же куча друзей в садике?

— Да, – кивает.

— Ну вот, у меня тоже есть.

Малышка как-то недовольно кривит губки, и я уже начинаю переживать, что она на грани слез.

— Ты меня не любишь? Больше.

Кирилл удивленно моргает. Ставит кресло на тропинку и садится перед сестрой на корточки.

Я же не вмешиваюсь. И так, кажется, зря выскочила из машины.

— Малышка, я люблю тебя больше жизни. И это никогда не изменится. Но я могу любить и других людей. Это нормально. Моей любви хватит на вас обеих.

Карина снова смотрит на меня, потом на Кирилла и снова на меня.

Пока я стараюсь в панике не сбежать. Кажется, я все испортила.

— И меня любишь?

— Очень сильно люблю. Сильнее мороженого и пироженок.

Карина важно кивает.

— Ты красивая, – выдает вердикт, от которого мое сердце моментально плавится, и я не могу сдержать улыбки.